Quenta Noldolante

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Quenta Noldolante » Архив эпизодов » Альквалондэ


Альквалондэ

Сообщений 61 страница 81 из 81

61

Казалось, яростное безумие охватило всех – и телери и нолдор. Мирэльдэ слышала приказ своего лорда, но на мгновенье поколебалась… все же нельзя так просто поднять руку и меч на тех кто еще недавно был друзьями… но приказ был отдан в таком тоне, не послушать который было не возможно.
Но...отбросив сомнения и ножны стремительно обнажившегося меча, девушка ринулась вперед, влекомая стремлением выполнить приказ и вместе с тем, конечно же, защитить от свистящих стрел телери тех, кто был ей ближе мореходов.
Ловко владея оружием, она сумела отбить несколько стрел. Мирэльдэ чувствовала себя неуязвимой, хотя вокруг нее кружилась смерть, хватая всех подряд. Вот стрела вонзилась в бок какому-то нолдо. Девушка хотела прикрыть его от второй… но опоздала.
Вперед, надо пробиваться вперед к кораблям – мелькнуло в ее голове среди прочих отрывочных мыслей.
Рядом раздался пронзительный крик и он почти сразу же оборвался стоном. Но Мирэльдэ не стала смотреть в ту сторону и отвлекаться от завязавшегося поединка с каким-то телери. Сереброволосый юноша попытался запырнуть ее рыбацким нодом, но она уклонилась и ловко ударила его мечом. Он громко закричал и повалился на окровавленные белые камни, а Мирэльдэ, испугавшись содеянного, позабыла себя и бросилась в просвет между воинами. Там как ей показалось в то мгновение, мелькнул будто высеченный из мрамора застывший профиль Феанаро. Он громкогласным голосом отдавал какие-то команды.
С того места, где она сражалась, услышать это было нельзя. Что же делать? Бежать туда или оставаться тут, где ее помощь очевидно нужна? Мирэльдэ разрывалась между двумя порывами.
Мирэльдэ выбрала первое. Она переступила через очередной окровалвленный труп убитого толи нолдор то ли телери и бросилась к королю.

Отредактировано Мирэльдэ (2013-05-23 17:07:39)

+2

62

Отец не захотел отпустить младших с Морифинвэ, и они послушались, как бывало и прежде. Было очень волнительно - что делать? Стоять подле отца? Как-то это ну совсем несерьезно. Даже обидно, что их считают неумелой мелюзгой, их да Тьелпэринкваро, который, вообще, приходился близнецам племянником!
Но с другой стороны - они были подле главы Первого Дома, подле своего короля, что ещё надо младшим принцам, помимо внимания отца, коим они оба восхищались?
- Надолго задержимся, - Тэльво смотрел на корабли тэлери, мысленно прикидывая, что именно сейчас станет делать Феанаро, дабы вразумить мореходов.
- Не дольше требуемого, - легкая полуулыбка-полуусмешка от Питьо и брат кивнул в сторону старших, мол, смотри, сейчас они что-нибудь придумают вместе с отцом.
Придумать не вышло.
Не успели.
Отдавал ли король нолдор своим сыновьям приказ приволочь Ольвэ, или же это была инициатива самих феанорингов, близнецы не знали, но увиденное отпечаталось в памяти яркой вспышкой.
Разве не говорить они пришли в Гавани? А даже если и нет, но убивать ли? Младшие во все глаза смотрели на происходящее, они в этот момент были к правителю ближе многих, присутствующих на пирсах. Что было после - вспышка молнии или же мир резко сошел с ума, заплясав, взорвавшись звуками, разобрать стало сложно. Уразуметь, что стало причиной, понять, принять - возможно, потом, но сейчас оба брата стали точно безмолвные статуи и только просвистевшая над самым ухом одного из Амбарусс стрела вернула в реальность.
Конь Питьо зафыркал, цокая по камню копытами, стала сдавать назад, мотать головой. Братья и сами поначалу не осознали того, что оказались одни посреди этого безумия. 
- Тэльво, в укрытие! - нолдо крутил головой, выискивая возвышения: дома, мосты, корабли, всё-всё,откуда могли стрелять, откуда армия Первого Дома, как на ладони для метких лучников.
Непослушный жеребец встал на дыбы как раз в тот момент, когда правое плечо рыжего пронзила острая боль - Питьяфинвэ упал на твердый камень, больно ударившись.
- Проклятый Моринготто, всё его вина, только его! - прозвучало над самым ухом. Тэльво никак не хотел признаваться самому себе в том, что виной случившемуся - их семья. Это невозможно! Это абсурдно. - Питьо, вставай, нам нужен лекарь! Питьо, потом отдыхать станем! - младшего раздирали страх, паника, спешка - скорее! скорее увести брата подальше!
- Кажется, этот безумец копытом что-то сломал. Ноги не чувствую...
- Да помолчи. Сейчас, сейчас... Держись.
Поднять, придерживая, найти хоть кого-то, кто сможет помочь, идти, идти, не обращая внимания на окружающее безумие.
Он должен!
- Нельо! Кано! - звуки боя стали ответом. Неужели никого из братьев нет поблизости? - Турко! Морьо! Курво! - не самый умный ход, не самый, да. Но что делать? - Папа!!! - в этот крик феаноринг вложил все силы: до боли в горле.   
А после мир померк - кажется, он не справился. Кто-то хорошо приложил орущего принца по затылку.

+3

63

Телери, нолдор, все смешалось в едином хаосе. Куруфинве увидел растерянное лицо Майтимо , а затем его заслонили чужие тела. Оруженосец на удивление догадливо и проворно оказался рядом и вручил щит.
- Вперед, нолдор!  Пора покинуть эту валарскую клетку!
Морьо кинулся вперед, больше в ходе схватки не удавалось разглядеть, где он.
Сражение было так не привычно.  Феанаро не раз практиковался в обращении с мечом, но это ощущение, когда меч входит в чужую плоть, эти полные ужаса и боли глаза убитых…  Как ни странно, он почти наслаждался этим, потому что гнев требовал выплеска, а виновны в гневе были именно они- телери. Все они и валар в придачу! Они пошли против него, они осмелились противостоять!
Нолдор уже были на кораблях, телери, нолдор падали в воду и она окрашивалась в алый цвет крови.
- Туркафинве ранен!  - кто-то крикнул сзади.
Феанор оглянулся назад, но в массе войска невозможно было различить даже светлую шевелюру сына.
О щит ударилось несколько стрел. Нужно было принимать решение, чем скорее- тем лучше. Он поджал губы… Нет, оступаться было нельзя.  Но сын? Он схватил за шкирку рядом стоящего воина.
- Как сильно ранен, иди узнай.
Телери, как ни странно, но не спешили нападать именно на него, скорее он сам находил себе противников. Видимо они избегали его. Боялись? Или не смели?
Через несколько минут вернулся воин, - Он без сознания, еще ранен Тьелперинкваро, ими займутся….
Несколько шагов назад, он прикрылся вновь щитом он летящих стрел.
- Отступите назад… отступите, выманите их с кораблей! Пусть они выберутся на берег и там их луки окажутся бесполезными!
Отступать было не легче, чем нападать, суматоха и паника была всюду… Каким то чудом Куруфинве увидел Нельо, и как ни странно- Финдекано!
- Твой брат ранен, унеси Турко, немедленно…!
Выяснять , что тут делает Финдекано- времени не было.
Эру, к чему они пришли… под ногами –кровь, кровь на лицах, руках…. Он увидел, как уносят раненного Турко подальше от места боя.
Как молнией пронзил его крик младшего , почти бессознательно он кинулся в глубь драки, к сыну. Сейчас он ненавидел Моргота… как наверное, не был способен ненавидеть раньше.
Рядом с ним оказались другие верные, прикрывая короля щитами.
- Питьо, Тельво… - он провел рукой по лбу близнеца, лежащего в бессознательном состоянии и слегка коснулся волос губами.
- Поднимите их, унесите к Майтимо, немедленно! Срочно!
Осматривать раны не было времени, но кровь сыновей была на его руках.
Нолофинве!!!!!! Ты нужен здесь! Ты нужен здесь!
Он сжал в руках меч и прикусил губу… впервые сейчас не хватало брата… вернее- его войска!

Отредактировано Феанаро (2013-05-24 23:09:49)

+3

64

Они покинули Тирион вместе, вместе отстроили крепость Форменос, пережили горе от потери короля. Макалаурэ, как и все его братья, повторял слова Клятвы, вдохновленный речами отца, и был уверен в правильности своих действий - они единое целое, они - семья.
То, что сделал отец, показывая своё решение, произвело на Второго принца яркое впечатление: всей душой он был против происходящего и, не ожидая подобного, замер, широко распахнув глаза, - смотрел на сцену, что развернулась и молча, кажется, даже не дыша, созерцал. Химеричность события наводила на мысль о сне - дурном кошмаре, навеянном болью последних дней, который должен вот-вот кончиться, стоит лишь открыть глаза, проснуться...
Громкий голос старшего брата вернул в жестокую реальность, коей лучше бы не существовать и вовсе. Майтимо был против - не увидит этого только незрячий и не способный слышать. Понимая негодования брата, необратимость событий и их теперешнее не самое завидное положение, Макалаурэ в какой-то степени начал понимать отца, хотя такие методы и разнились с мировоззрением его сына. У них не было иного выхода, кроме как развязать бойню, вызвав гнев тэлери, наверное, не было. Это они уже, каждый сам для себя, станут решать потом.
Агония сражения захватила полностью, не оставляя времени на размышления, не дав возможности оценить полноту случившегося. Они шли в гавани полным составом - с младшими родственниками и мирными жителями, а теперь, получается, все они в опасности: сей факт не оставлял выбора на иные действия, кроме как попытаться защитить, уменьшить агрессию собратьев и по возможности, избежать большей крови.
- Найдите младших принцев! Живо! - приказ, отданный ближайшим верным, а дальше - вновь метания в поисках.
Не был второй сын Феанаро воином, не стремился им стать, но не смог некогда избежать тренировок фехтования, кои поглотили нолдор новизной в свое время - почти четверть века назад. И если тогда Кано думал, что ему это не к чему, сейчас возрадовался возможности быть полезным в бою.
Все движения Канафинвэ - быстры, точны, каждый удар - точно по цели. Стараясь не думать, что  безвольно падающие тела - их собратья, нолдо умудрялся не получить ни одного ранения. Он точно бы танцевал меж врагов, только танец этот был танцем смерти, а ритм - ритмом неуловимого ветра.
Его подвело не умение: площадь просматривалась со всех сторон и он, один из старших принцев Первого Дома, стал отличной мишенью для лучников тэлери. Первая стрела попала в ногу - чудом отбив удар, падая, Макалаурэ ещё думал, что сейчас встанет, но второй выстрел, в плечо, затмил всякое мышление. Мир вокруг заплясал красками калейдоскопа, ослепительная боль охватила, и только по-матерински нежная бессознательность стала бы спасением, но сознание не покидало нолдо. Упав на одно колено и упершись ладонью в камень, он склонил голову, пытаясь совладать с болью.

+2

65

Нолофинвэ шел впереди своих воинов неспешным размеренным шагом, стараясь не думать о предчувствиях. которые не оставляли его во все время сборов. Нехорошие это были предчувствия - ощущение большой беды все росло и росло.
Чтобы отвлечься, он стал думать об Альквалондэ, о прекрасном городе из белого мрамора, который когда-то помогал украшать, о его террасах и садах, о его Гавани с каменной аркой.
Дорога тянулась между домиков предместья, белые цветы в садах пахли резко и пронзительно. Они единственные могли цвести при свете звезд, говорили, что такие есть и в Эндорэ.
Возле городских стен, которые были возведены скорее для украшения, чем для защиты от кого либо, Нолофинвэ увидел обоз и тех эльдар, которые ушли с Феанаро. Их было немного - в основном женщины и эльфы, которые не носили оружия. Значит сыновей и дружинников Феанаро повел в Гавань...
Оставшиеся пребывали в растерянности. Кто-то сказал, что несколько женщин отправились в город узнать, как там дела и до сих пор не вернулись. "Как и Финдекано" - мелькнула мысль, но Нолофинвэ заставил себя успокоиться. Да что в конце концов могло случиться в мирном Амане...
"Нолофинвэ! Ты нужен здесь!"
Ноофинвэ провел рукой по лбу - это осанвэ было похоже на удар. Брат был не просто расстроен - он был в ярости. В памяти второго Финвиона вдруг возник знакомый зал отцовского дворца, гневное лицо Феанаро и сверкающее лезвие меча
"О нет... Что же он натворил?"
Нолофинвэ послал вестового к Туракано, чтобы тот остановился с обозом здесь, и скомандовал своим воинам идти быстрее. За его спиной несколько эльдар шептались о том, что Валар могут не разрешить им отплыть и попробуют задержать их силой. Нолофинвэ, не оборачиваясь, пожал плечами - это он уже слышал и считал глупостью. Если бы Стихии решили не выпустить нолдор из Валинора, то сделали бы это одним движением мысли.
Странно пустые улицы... Терпкий запах ночных цветов... Мраморный фонтанчик в форме цветка - его, Нолофинвэ, работа. Сколько их, работ по камню, оставлено и тут, и в Тирионе...
Широкая, мощеная плитами улица, по которой они шли, расширилась еще больше... Гавань.
Нолофинвэ резко остановился. Кто-то из воинов ткнулся ему в спину. Аракано? Не разобрать.
В Гавани шел бой...
Первой мыслью Нолофинвэ было не менее безумное, чем у его воинов, предположение, что в Альквалондэ высадились орки  во главе со сбежавшим недавно в Эндорэ Мелькором. Он не имел понятия о внешнем виде этих существ - старшие рассказывали о них неохотно - а потому скомандовал оцепеневшим дружинникам:
- Поднять щиты! Сандастан!
Команду воины выполнили. Не растерялись. И то уже хорошо.
- Вперед! Держать ряды!
Строй медленно двинулся вперед.
- Лучники - в цепь. Приготовиться!
Лучники приготовились стрелять под прикрытием щитов. Вот только в кого стрелять? Несколько стрел, пущеных сбоку ударились о щиты. Кто-то вскрикнул...
- Прикрыться с флангов... Да что же тут...
Он уже понял, что произошло - но разум отказывался осмысливать происходящее. В них стреляли телери - те самые телери, среди которых у него было множество приятелей.
Телери - родичи Арафинвэ... Нолофинвэ уже видел тела распростертые в лужах крови. Нолдор и телери вперемешку...
Нолофинвэ искал глазами брата. Его воины закрываясь щитами от стрел, медленно продвигались вперед.
- Слушайте меня, - крикнул Нолофинвэ, - стрелять так, чтобы выводить из строя лучников! Старайтесь не убивать! Это недоразумение, сейчас все выяснится...
Он сам не верил в то что говорил, но в это должны были поверить его солдаты.

Отредактировано Нолофинвэ (2013-05-25 07:48:57)

+4

66

В горячке боя Карнистир не сразу обнаружил, что ему что-то мешает. Скосил глаза - в левой руке торчала стрела. Она прошла насквозь, и наконечник уже обломился. Верные прикрыли, Карнистир отступил назад, обломил и второй конец, боль заставила его пошатнуться. Вытаскивать древко не стал - пока оно затыкало рану, крови было немного.
До сих пор Карнистиру казалось, что он неуязвим, - и чтобы сохранить это чувство, он снова бросился вперед, как если бы раны не было. Он не взял щита или кинжала, и левая рука пока мало ему требовалась.
Ухищрение сработало - прочие стрелы не брали его. Лучники тэлери падали под ударами, но тех, кто догадался бросить оружие, он только оглушал. Чтобы не было искушения схватиться за луки снова. Таких было немного.
Надо было закончить на этом корабле и пересчитаться. Отправить раненых назад, понять, удерживать ли захваченные суда или брать новое... В сумраке он поздно заметил замах сбоку. Но что там могло быть у тэлеро? Весло или обломок доски. Все же не стрела. Карнистир не глядя отмахнулся, чтобы напугать.
Тяжелый меч - подобранный, наверное, здесь же, на палубе - разрубил ему бедро, ударил в кость, заставил завалиться назад. Карнистир схватился за борт, но нога подогнулась и больше не хотела держать его. В следующее мгновение он узнал о боли много такого, чего не мог даже вообразить. В глазах потемнело, все вокруг растаяло в ослепительной алой вспышке. Кто-то подхватил его и поволок за спины верных, Карнистир мог только открывать и закрывать рот - даже крик не получался.
Через мгновение или два его привело в чувство липкое хлюпанье в сапоге. Карнистир с трудом, но остановил кровотечение. Он никогда не видел столько собственной крови, и даже странно было думать, что у него в жилах все еще оставалось хоть сколько-то.
На палубе еще шел бой, до сходней было не добраться. Карнистира усадили возле борта, с ним остались двое. Прочие снова рассыпались по кораблю, и тогда стало особенно хорошо видно, насколько меньше стало у него верных, еще стоящих на ногах.

Отредактировано Морифинвэ (2013-05-25 11:03:44)

+3

67

Боли не было, была ярость смешанная с недоумением, от ярости кружилась голова, а во рту четко ощущался металлически-сладковато-терпкий привкус крови. Медленно сняв с плеча лук и тул со стрелами Куруфинвион, словно он был на параде, натянул тот и пустил тонко поющую ноту смерти в посмевшего напасть на него телеро. Звуков не было, была космическая тишина и только мерный рокот своего собственного сердца да цокот копыт множества коней.
Серебряная посланница гибели пропев свою ноту вонзилась точно в центр груди стоявшего на низеньком балкончике гарпунера. Тэлеро взмахнув руками привалился к перилам балкона и спустя пару мгновений вяло перегнувшись через тот упал во двор дома.
Жеребец, прижимавший уши и яростно скалящий зубы попытался цапнуть впереди стоящего и заплясал получив от всадника удар каблуком. Ветер пронзительно тонко пел напоминая о собственной уязвимости, сейчас Тьелпо просто не помнил ничего, ни приказа деда, быть рядом с тем, ни собственной клятвы, которую шептали его губы, повторяя следом за отцом обжигающие ненавистью и болью слова. Сейчас и здесь на политых кровью камнях Гавани для него не было ничего важнее цели добраться до отца, но сначала... Сначала он обязан был убрать всех стоящих с оружием на балконах, до кого мог дотянуться. Тугой лук вибрировал, звонкое пение стрел ткало свою канву к гобелену шторма хаоса. Сзади послышался шум -потом чей то громкий и пронзительный голос начал отдавать команды, потом... Потом Тьелпо осознал, что он медленно скользит вниз. И тут, в этот момент времени в уши ворвались громкие до болезненности звуки. Последнее, что он успел запомнить, это ослепительная вспышка боли, когда гарпун за что-то задел и шалые, растерянно-недоумевающие, широко распахнутые глаза какого-то телеро, по виду, его сверстника, тягуче медленно опрокидывавшегося назад на спину и глухой, слитный стук опускающихся на камни копыт скакуна.
Буланый, сделав свечку чуть оступившись в кровавой жиже начал оседать клонясь на правый бок. Успев хрипло-сорванным голосом рявкнуть стоявшей неподалеку немного знакомой деве, с мечом в руках злым тоном фразу:

-Щит давай... нолдо вместе с конем еще сильнее наклонился вправо. Высвободить ногу из стремени оказалось неожиданно сложно. От усилия сдвинуть ставшую словно чужой конечность Куруфинвион продолжая держать поводья с размаху грянулся оземь. То, что буланый придавил его, Тьелперинкваро уже не видел, мрак поглотил его зрение и только рваные вспышки боли показывали, что он еще здесь, впрочем через пару ударов сердца померкли и они. Куруфинвион распластался на камнях.

Отредактировано Тьелперинкваро (2013-05-25 03:15:22)

+2

68

Невозможно вести бой, видя, как один за одним падают твои друзья и родственники. Резкий полувыкрик-полурычание и меч опустился на голову врагу, рассекая черепную кость тэлеро: всё отошло назад, и страх, и переживания, и даже совесть, теперь же в мозгу пульсирующей болью билась одна мысль - спасти!
Старший принц и ближайшие его верные обосновались по центру гавани, создавая оборонительный круг внутри которого оставалось пространство, но очень скоро, когда из города на причалы пожаловала новая волна моряков, пришлось сместиться. Место - дальше от кораблей, близко к стене, за которой располагались дома местных жителей, стало прекрасным пунктом для того, чтобы доставлять туда раненных. Майтимо оставил на время своих эльдар, а сам вновь направился в гущу сражения: ему следовало отыскать младших братьев и племянника.

Находившиеся на кораблях тэлери, сражались отчаянно, защищая самое дорогое свое сокровище. Палубы, залитые кровью и телами, стали похожими на клети с дикими зверями. Темная морская вода с радостью принимала в свои объятия тела павших в бессмысленном бою эльфов: те, кто ещё был жив, не могли выбраться из-за близости кораблей, тонули.
Приказ короля нолдор об отступлении встретил одобрение со стороны воинов - раскинувшиеся крылья смерти, ледяным холодом касались феа эльфов, нагоняя ужас. Однако были среди подчиненных Феанаро, кто счел сей наказ неуместной трусостью, они рвались в бой и единственным желанием было - убить как можно больше мерзких тэлери, но ослушаться правителя не посмели даже они.

Зажатые с двух сторон на площади, нолдор приходилось оттеснять противников к морю, что получалось с переменным успехом. Волна за волной в гавани прибывали все новые и новые стрелки народа моряков, а силы верных Первого Дома таяли на глазах. В запутанной свалке боя, раненные погибали под копытами напуганных лошадей, нолдор падали, но перед смертью успевали отнять жизни нескольких противников.
Преданные второго принца почти всё это время охраняли младших детей Феанаро, пока король сам не подоспел к ним. Рядом не было ни одного лекаря, ни одного целителя, чтобы помочь раненным.

Сражение кипело, армия нолдор захлебывалась собственной кровью, а враги, казалось, не кончались, наоборот - тэлери с каждой минутой становилось всё больше и больше. В сумасшествии боя старший феаноринг позабыл и о щите, и о том, что неподалеку был его оруженосец. Выбив оружие у ближайшего противника, он отшвырнул разъяренного эльфа в сторону - там его добьют верные королю.
- Финьо?! - смесь неожиданности, радости и беспокойсмтва захлестнула. Разговаривать с другом было совсем некогда, тем более что в хаосе безумия Нельо потерял абсолютно всех родственников из виду. - Ты один? Или с армией? Где твой отец?! - время, оно поджимало, заставляя спешить. Его не было даже на приветствие. - Осторожнее! - не в меру шустрый тэлеро упал с рассеченой грудью, Майтимо посмотрел на друга тяжело дыша. - Я должен найти братьев.
Не стоило пояснять, зачем, всё видно и так - Финдэкано на его месте тоже бы озаботился жизнями родных.
Искать долго не пришлось: первого, кого увидели нолдор - Тьелперинкваро, лежал посреди площади, придавленный собственным конем. Куруфинвэ наверняка был сейчас в гуще боя и не знал, что случилось с его сыном. Феаноринг кинулся к племяннику, провел ладонью по его щеке, а потом посмотрел на рану в бедре - если сейчас достать гарпун, потребуется срочно перетянуть рану, дабы остановить кровотечение. Кусок плаща, оторванного наспех, сгодится: извлечь гарпун из раны - задача не из легких, но эльда справился, а потом перетянул рану лоскутом ткани. Тушу коня оттащили верные и они же сообщили принцу, что недалеко от этого места второй сын Феанаро пал, получив ранения.
Возможности вытащить брата самому не было.
- Доставьте его к остальным раненным! - рявкнул он на воинов. - Финьо, придется тебе меня прикрывать, - взяв бессознательное тело Тьелпэ на руки, Нельо окинул друга взглядом. - Возьми хоть мой меч, что ли... - расталкивать тэлери шестом, конечно, удобно, но не когда рядом союзники, а получить палкой по уху желания не было от слова "совсем".

- Лекарей, немедля! - уложив раненного рядом с остальными, Феанарион с ужасом посмотрел на лежащих в куче братьев.
"Турко?! Младшие..." - сейчас не было времени даже чтобы убедиться в том, что они живы: со всех сторон перли разгневанные тэлери - Майтимо пришлось выбросить из головы на время мысли о родных, вновь взять оружие и встать стеной со своими воинами, дабы защитить тех, кто сражаться уже не в силах.

+3

69

Аракано шел рядом с отцом, когда впереди показались стены Белых Гаваней. Даже в свете одних лишь звезд город поражал. Знакомый, но все равно удивительный в своей красоте.  Показались обозы, рассыпанные перед воротами в случайном порядке. Растерянные лица и  разговоры: ушли, да, давно. Он не успел поразмыслить, что же могло случиться на переговорах, как отец отдал распоряжение поспешить. Лицо его изменилось: тревога читалась без труда. 
Улицы  оказались пусты. Город замер. Впереди слышались странные звуки, которые Аракано не смог опознать. Дома расступились, выпуская нолдор к причалам, и эльда резко выдохнул: впереди кипел бой. Он замер, пытаясь понять, кто на кого напал.  Стрела, ударившаяся рядом, быстро вывела из оцепенения. Стрела, сделанная телери: он видел такие не раз.  Лязгнули щиты.  Но Аракано было не до того, он быстро попросил двадцать нолдор следовать с ним. «Мы идем искать Финдекано», - предупредил отца, - «И там тьма раненых», - добавил он про себя. Они ушли по боковой улочки, что, петляя, вывела чуть левее основного боя.  Несколько мгновений он медлил, осматриваясь, потом нырнул туда, где царила смерть и боль.  Аракано увернулся от чего-то гарпуна, от меча, быть может, даже не телерского – кто поймет в горячке боя, и чудом выскочил с верными  туда, где в оцеплении лежали раненые. С одной стороны павших защищала стена, с другой – нолдор.  Защитники их заметили, кивнули, пропуская Аракано к нуждающимся. Эльдар, что шли с ним, встали на помощь воинам: их луки  удерживали сколько-то нападающих на расстоянии.   
Он окинул взглядом, пытаясь оценить, к кому спешить первому. Без толку. Слишком много здесь лежало тех, кто поглощен болью.  «И не одного целителя. Где они? Не успели подойти?» Ужас происходящего он загнал глубоко в себя, попытки осознать - тоже. Сел на колени перед  Туркафинвэ, которого с трудом узнал лишь по светлым волосам.  Разрезал его тунику кинжалом, чтобы вытянуть стрелу из груди, с тревогой ощущая как гаснет жизнь нолдо.  Одному сложно, но просить о помощи не у кого. Приподнять, будто усаживая, вывести стрелу так, чтобы она не уперлась в кость. Увидеть  вылезший из спины наконечник, сломать и, наконец, вытянуть. И быстро заговаривать:
«Вечность в садах, что в золоте края,
Благословенье, что  в свете звезд…»
Привычные строчки ложатся рядами машинально.  Чары тянутся за ними, паутинкой плетутся на теле нолдо. Главное, остановить кровь и вывести из болевого шока.  Аракано слышал как успокаивается дыхание Туркафинвэ, становясь размеренным и спокойным. Теперь он просто спит. Усталость наваливается, но надо вставать и идти к следующему. Неожиданно перед ним вырос телери. «Прорвались», - запоздалая мысль. Знакомое лицо, а имена здесь не важны. Корабел замер над ним, в глазах мелькнуло узнавание, показал  «отойди». Аракано встал, но отрицательно качнул головой.  Телери  помедлил. «Они убийцы», - зло и хрипло. «Убийцы? Почему?», - хочет спросить Аракано, но не успевает. Cтрела, прилетевшая будто из неоткуда, вошла в плечо, рядом с ключицей.  Боли пока не было. Левая рука онемела.  Бок телери окрашивается кровью от прикосновения с лезвием подоспевшего на помощь нолдо, и он медленно падает на землю.  Аракано машинально дернулся помочь, и мир вдруг завращался и потемнел.

Отредактировано Аракано (2013-05-25 11:26:54)

+2

70

- Отец, мы идем искать Финдекано...
Нолофинвэ не успел остановить младшего - Аракано уже выскользнул из-под прикрытия сандастана и нырнул в переулок, на ходу отдав команду нескольким воинам следовать за ним. Финвион прикусил губу от внезапного бессилия - так не должно было быть, у войска должен быть один командир, на настоящей войне это могло бы...
"А здесь какая война? Не настоящая?"
Он все еще не видел Феанаро, зато разглядел группу обороняющихся, среди которой выделялся высокий рыжеволосый эльда. Финдекано мог быть только там - рядом с приятелем.
"Нужно идти туда... Нужно помочь...Нужно обезвредить телерийских лучников"
Он поймал себя на мысли, что думает об эльдар как о фигурках военной игры. Впрочем, это было свойство его характера - во время опасности эмоции уходили вглубь и словно покрывались ледяной коркой, а наверху оставался холодный разум, хладнокровно просчитывающий варианты событий.
- Воины, слушай команду! Двигаемся вперед к месту битвы! Цельтесь в лучников! Старайтесь не убивать, выводите из строя. Когда подойдем поближе - обнажить мечи. Старайтесь обезвредить противника - и только."
"Это уже как получится" - добавил он про себя, - мы же не можем дать себя убить..."
Но меч из ножен пока не вынул.
"Буду отбиваться щитом, и стараться оглушить противника а оружие применю, когда уже совсем станет туго."
- Вперед!
"Только бы не рассыпался строй... Только бы они не бросились искать друзей, приятелей, близких... Только бы не выбежали под стрелы..."
- Держать строй! Держать!
Его воины, однако, сообразили, что вместе передвигаться безопаснее. Строй двигался вперед, лучники стреляли из-за прикрытия, и Нолофинвэ уже различал лица сражающихся нолдор.
"Сейчас мы врежемся в самую гущу... "
Последней разумной его мыслью было то, что отец бы никогда не простил ему этого

+3

71

Азарт боя кружил голову, пьянил, как ни одно вино не могло бы подействовать на эльфа. Куруфинвэ не замечал, что залит кровью, что ряды за его спиной редеют. Хотя нет, это замечал в редкие мгновения передышек, когда можно было оценить обстановку кругом, но пока еще их было не так мало, чтобы требовалось что-то менять. И он продолжал сражаться, правда, стараясь не убивать безоружных, а только отбрасывать их с дороги. Впрочем, безоружных было очень мало.
Когда сквозь шум, лязг и крики донеслась команда отца, Куруфинвэ, дав команду очистить захваченный корабль, вскочил на борт, оглядывая поле боя. На нем еще не было ни царапины, битва по какой-то нелепой причуде хранила Атаринке - хотя стоило поблагодарить и всех, кто пытался прикрыть Феанариона своими щитами. Пытался, потому что он рубился в первом ряду.
Картина была безрадостной - их в самом деле теснили, и сильно, хотя некоторое количество кораблей нолдор и удерживали. В центре площади мелькали знакомые рыжие волосы... так, там, по-видимому, собирали раненных. А на одном из соседних кораблей... Морьо? Сидит? Осознание того, что брат был ранен, может быть, тяжело, пришло как-то неожиданно. До этого он был уверен, что родных эта битва не зацепит, как не тронула его самого. Нужно было помогать...
Осмотр занял у Куруфинвэ не более десяти ударов сердца, потом он снова соскочил на палубу - и вовремя, его чуть не сбили меткой стрелой - и обернулся к своим.
- Удерживайте корабли! Вынесите тяжелораненных на площадь! Отступаем! Отступаем!
И, подавая пример, прыгнул на берег, увлекая воинов за собой. Нужно было выманить телери с палуб. Однако сам Куруфинвэ, убедившись, что его отряд понял распоряжения, прихватил с собой десяток нолдор и кинулся вверх по сходням того корабля, расчищая дорогу. Его захлестнула такая ярость - кто-то посмел тронуть его брата! - которую было не остановить. Телери просто смели с корабля, а Атаринке, получив пару мгновений передышки, оказался рядом с братом.
- Морьо... - выдохнул он. Усмехнулся. Сейчас Мрачный устроит сцену, но оставлять раненного на корабле нельзя. - Раненных нужно спустить на берег к целителям! - громко скомандовал он. Брат может отбиваться сколько угодно, плевать он сейчас хотел на старшинство! Потом разберутся.
- Удерживайте взятые корабли! Выносите раненных!
Куруфинвэ представить себе не мог, что у него такой громкий голос, перекрывающий весь этот шум. Однако его слышали - и повиновались. Морьо подхватили, уложили на щит и понесли вниз по сходням, как и других раненных, которые не могли идти сами. Способные держать оружие прикрывали отход. Атаринке вел отряды к центру площади, памятуя решение выманить телери на берег. С собой уносили и тех раненных, которые попадались на пути.
Вдруг он замер, заметив на краю зрения еще одно знакомое лицо... Менестрель! Его тоже ранили? Телери ответят. За все. Это была уже даже не ярость - нечто более глубокое... В несколько шагов он оказался рядом с раненным, точно так же не зная, что сказать, зато хорошо представляя, что делать. Канафинвэ подняли на руки, Курво коротко и кривовато усмехнулся.
- Несите к целителям... Держись, брат.
Оба выживут. В этом он не сомневался ни мгновения, но все-таки было больно...
А хуже всего было то, что их оставалось слишком мало. Отсюда поле боя виделось иначе, чем с кораблей, и было очевидно, что телери в большинстве, а нолдор уже скорее обороняются, чем атакуют. Паршиво... Что ж, нужно сражаться так, чтобы изменить сложившуюся ситуацию! Сгрузив раненных под опеку целителей, Куруфинвэ развернул свои отряды снова - в бой. Отдыхать было некогда, выяснять что-то - тоже. Зато ему передали щит, хоть какое-то облегчение. Теперь можно было не укрываться за чужими.
Внимание привлекли чьи-то крики. Улучив миг, когда его оттеснили во второй ряд сражающихся, Атаринке обернулся и не поверил своим глазам. Нолофинвэ?! Вот это кстати. Точнее, его войско - более чем кстати... Кругом раздались воодушевленные крики, у обескровленных нолдор точно открылось второе дыхание.
- Айа, Гил-Феанаро! Впереееед! - Куруфинвэ высоко вскинул меч и ринулся на прорыв. Отомстить за все, за раненных братьев, за погибших соратников, за дерзкий и подлый отказ...

Отредактировано Куруфинвэ (2013-05-25 12:57:21)

+3

72

Ее некогда изящная, светлая одежда была в крови… пока к счастью, в чужой. Руки и сияющий клинок (с каким старанием и трепетом она его ковала, сколько сил и умения вложила!) тоже покрывала алая, местами уже подсыхающая кровь. Мирэльдэ ненавидела ее вид, она не выносила этих липких пятен, и в свое время имено поэтому наотрез отказалась стать целительницей, а ведь ей советовали найти себя в этом. Ей случалось неудачно распарывать руку до кости какой-нибудь неподатливой железкой, но это ведь совсем, совсем другое…
В это мгновение девушка постаралась отрешиться от окружающего ее ужаса, хотя это была задача не для рядовых умов. У нее есть Цель. Она должна выполнить свой Долг перед Королем. Мирэльдэ отчаянно хотелось отмыть руки, но не до того было – стрелы продолжали свистеть вокруг, чиркая воздух. В свалке она уже с трудом разбирала где свои, где чужие. Один раз она чудом удержала летящий замах, в последний момент поняв, что перед ней какой-то нолдо.
Слыша крики, разносившиеся над пристанью, которая стала полем боя, Мирэльдэ содрогалась от ужаса, но руки ее делали свое дело. Она услышала крик позади:
- Туркафинвэ ранен!
И в ужасе обернулась, боясь увидеть самое страшное. Но раненного охотника закрывали от нее сражающиеся тела, и Мирэльдэ видела вокруг все тот же жаркий кровавый бой, заменивший теперь весь мир. Помолившись Эру, Мирэльдэ бросилась дальше и теперь уже увидела, как упал Тьелперинкваро, и в три удара, сменив направление, оказалась возле него, но к нему на помощь уже успел Майтимо. Мирэльдэ с удивлением заметила возле рыжеволосого принца темную голову Финдэкано.
- Его нужно отнести в сторону от места сражения! - Крикнула девушка принцам нолдор.
Только когда Мирэльдэ убедилась, что о младшем принце Первого Дома позаботятся, она снова бросилась вперед. Ведь она нужнее в другом месте.
Теперь меч стал казаться тяжелым, но она упорно продвигалась вперед, ориентируюсь на то место, где несколькими мигами до того видела спину короля и друга. Боясь услышать новый крик, сообщающий сражающимся о том ,что Феанаро ранен, девушка шла вперед... и вокруг нее падали на белые плиты гаваней телери и нолдор. Ее снова накрыто отвращением к виду крови… но долг звал вперед. Феанаро все еще не был виден, но зато Мирэльдэ сначала почти почувствовала, а потом увидела, что схватка изменилась. В нее влились новые участники - Второй Дом, который наконец дошел до гавани.
- Второй Дом. Второй Дом пришел! - Крикнула девушка, и ее звонкий голос разнесся над всем полем боя.
Мореходы вокруг стали падать чаще, словно перезрелые яблоки, сраженные нолдорскими стрелами. Мысленно радуясь подкреплению, она ловко пронзила мечом бросившегося на нее воина, утерлась от хлынувших дождем брызг горячей соленой крови и наконец увидела между расступившихся спин лицо Феанаро. Мирэльдэ отпихнула какого-то телери и оказалась совсем рядом с ним. В этот самый миг позади раздался свист стрелы. Мирэльдэ сейчас же стремительно развернулась и отбила неукоснительно подлетающую к королю пернатую смерть ударом меча.

0

73

Он пробирался по набережной, ставшей полем боя молча, мелькая в самых разных местах подобно молчаливой сумрачной тени. До сей поры одежды цветов Эсте хранили его от ран. А может быть и не одежда, и не золото недавно укороченных волос, а просто судьба. Ненадолго останавливаясь там, где можно было помочь, ванья вслепую перебирался от упавшего к упавшему, не разливая цвета волос, одежды, или оружия в руках. Последнего он предпочитал не касаться даже и сейчас, когда одежда его обзавелась свежей каймой из драгоценного пурпура - каждая капля её стоила боли. Изредка - смерти. Мелькор, это всё Мятежный Вала - недаром сходни подняли. Сколько же раненых!

Гавани были единственным местом, где Меделайрэ было спокойно и, одновременно, тревожно: они выглядели почти что так, как прежде, сколько Лаурэнэлле их только помнил, отсутствие Света не изменяло их так, как все прочие места. Пусть Тинвэ не любил море так, как телери - сегодня он пришел сюда, чтобы вдохнуть воздух, проходящий над морем из тех мест, где пробудились некогда его родители. Набраться сил. Пришел, задержался, рассматривая непривычно далекие с поднятыми сходнями корабли... А потом разом оказался в самой гуще, Меделайрэ ещё не знал, чего - боли, крови, грязи, страха.

Пространство перед Тинвэ расцветало вспышками боли, куда более яркими, чем силуэты и контуры окружающих живых тел - даже если закрыть глаза, под веками расцветали букеты чужой боли, от которой не совсем получалось отгородиться и которая свивалась внутри неприятным комком. Снаружи её становилось меньше и, сразу же, больше. Так много, словно вода в море заполняла жадно место, покинутое одной каплей.

Что тут? Царапина, это только боль - её можно забрать, запирая в себе изрядный кусок, этот эльда лежит ничком и довольно просто сесть рядом, растереть ему виски и мочки ушей, фаланги пальцев, отобрать, обернув перемазанным в крови краем рукава пальцы, его оружие, помочь встать и тотчас обернуться к тому, кто рядом - почти что ушел, но ещё пытается вдохнуть. Тинвэ не увидит, как поднятый им кинется обратно в мешанину тел и клинков, - он занят и не видит стоящих, не слышит свиста стрел: этот, с пепельными волосами, хочет дышать и тут уже не справиться просто касаниями. В сумке так мало всего... в нём самом так мало всего и так много боли вокруг, что ванья становится скуп - растирает один только драгоценный лист в пальцах, три коротких стежка накладывает там, где прежде зашил бы шестью. Медлит, добаляет Слово, чтобы не разошлось, и сразу шагает дальше. Выбирать не из кого - он просто наклоняется и наклоняется, делая шаг за шагом, не важно, куда - вокруг сплошная боль, много-много боли и, сев у нового раненого, он не замечает ни перемен в криках вокруг, ни идущего боя, ни даже клинка, пронесшегося над головой и плечом. Пока что его, перемазанного в чужой крови, хранит судьба или Стихии, а может и та и другие. Лаурэнэлле наклоняется над новым лежащим, сводит ладонями края разрубленного, не отвлекаясь на происходящее вокруг, на, снова, проходящую через них линию боя - накинутая на воткнутое рядом копье накидка цвета сумерек реет на ветру, подобно невиданному стягу. Иголка входит в края раны легко, а сам ванья только легонько морщится, словно колется ею на каждом стежке. Глаза, - сплошной зрачок и тонкий обод радужки, темны сейчас, словно грозовое небо. Внимательно. Почти для всего хватает терпения, умений и сил, но приходится заговаривать и рану и лежащих, звать и забирать. Чары, они на самый крайний случай - как тут, около сходней, где цепкая рука ванья вытаскивает раненого даже прежде, чем он упадёт на землю. Больно, ему? себе? и это мешает видеть, но зато помогает найти, ворочать тяжкое расслабленное тело, вытаскивая из под последнего удара в сторону. Заговорить, запеть, заплести, перешагнуть и пойти слепо дальше, ближе к скоплению мертвых и умирающих там, дальше от покрывшегося алой пеной моря.
Тех, кто заступает дорогу Тинвэ отстраняет рукой, не различая, где кто. Мелькор, это всё Мелькор, а эльдар надо пытаться лечить.

Раз, два, три... что-то знакомое, но на это Лаурэнэлле не обращает внимания, сосредоточившись на перетянутом обрывком чьего-то плаща бедре, на расползающемся от него вверх и вниз жаре и боли. Сколько намешалось крови на этих пальцах - сложно сосчитать, ванья морщится и перестает смотреть глазами, вслушиваясь в чужое тело: перетянуто не так давно, почти не опухло и это-то можно размять, если пригасить чужую боль, пережать по краю раны пальцами, придавить чтоб не кровило, нашептать себе, наклонившись ниже - кость-то цела, нужно только положить на дырку от недоброго железа чуть подвядший лист (ещё бы одну руку теперь, чтобы сподручнее; последний, надо же, а ведь хотел в запас набрать и насушить; плохо, что нету чистой ткани - здесь не зашьёшь наскоро) и совсем уж придвинуться к раненой конечности - ближе, чтобы не тратить лишнего - едва не марая в крови губы, тише и тише: Закружит волчок, обернёт листок, позовет за собою в сон - заплутать чуток, обмануть поток, что сталью холодной рождён. Киноварью - вспять, сна тепло поймать, а проснуться - и без следа позабыть ту боль, что горела вдоль разодранного бедра...

На результат он почти и не смотрит, переполненный чужими болевыми ощущениями, словно чаша, налитая с горкой - можно бы помощи попросить, но Тинвэ не то забывает, не то просто не успевает вспомнить - хватается за следующего лежащего, торопливо вслушиваясь через свою боль в чужую - нащупывает стрелу слепо, хватает рядом лежащую чужую сумку и стянутый с предыдущего бедра жгут. Надо идти отсюда, тут уже легче, хуже - там, у воды, скоро там станет совсем нехорошо и именно туда - тянет, но сперва - стрелу, и ещё вот того, с рассеченным боком, кажется из мореходов, даже сперва - его, потом уже - стрелу, - только и успев, древко обломанное выудить да боль от стрелы веером расходящуюся заговорить, да перевязать туго, а ведь этого же, с боком, надо шить, пока не поздно. Шить, и держать, и не ошибиться, потому что на чары пока что нету сил, надо перевести дух, а пока - зашить, потому что есть шанс... Мелькор, это всё - Мелькор, потому что некому больше...

Отредактировано Лаурэнэлле (2013-05-26 04:37:15)

+3

74

Они шли вперед медленно. Так ей казалось - бесконечно медленно, время, которого больше не было, растягивалось, истончалось. Рвалось. Каждый разрыв заставлял ее содрогаться, потому что означал окончание чьей-то жизни. Она не успевала, держала их, с темными волосами, с пепельными, но они все равно умирали. На руках у других - тоже, и Аннамирэ видела отражение собственного бессилия и собственной злости в чужих глазах.
Она отправила двоих за телегами, велела грузить тех, кого удавалось спасти. Тех, кто не растерялся и успел остановить себе кровь. Многие не могли - от потрясения и боли. И уходили, становились ледяными и тусклыми.
Живые рассказывали, что произошло. Каково было по обе стороны. Ты целитель, госпожа, скажи, чтобы они остановились. Она перевязывала, слушала, кусала губы. От рассказов спирало горло, щипало глаза, Аннамирэ вытирала их рукавом, на губах и во рту было солоно и железно, в голове - морозно.
Сколько же еще. Сколько же еще! Этот, лицом вниз, со сломанной стрелой в спине, или тот, едва вышедший из возраста детства, с распахнутыми испуганными, понемногу тускнеющими глазами глазами. В бою его рубанули по шее, но неглубоко, повезло, он был слишком испуган, чтобы остановить себе кровь. Аннамирэ схватила его за ворот, усадила, прижала пальцами рану.
- Ты молодец, - повторяла, как заведенная. Сумка была уже пуста.
Отчаяние залило ее, как штормовая волна, перекидываясь через борт, заливает палубу и сметает корабельные снасти с пути.
Затворяю кровь, запираю боль, соберу в сосуд, унесу с собой, поднесу огонь - и сгорит дотла,  отдаю ветрам, открывай глаза... 
Она сжала пальцы, закрывая рану, останавливая кровь; рука налилась тяжестью, черненое серебро чар оплело ее вдоль каждой вены и артерии, а потом вверх пошла отдача.
Разом онемев и оглохнув, Аннамирэ согнулась. От мочки уха до ключицы вонзилась боль, ледяная и острая, да так и застыла штырем, не давая повернуть голову.
- Не двигайся, - еле разжимая губы, выговорила она, отдернула, как отодрала, наконец-то руку. - Не двигайся. Сиди.
У него только-только развеялась предсмертная дымка в глазах, а он уже смотрит так, будто хочет убить взглядом.
Неважно.
Но больше так делать не нужно.
Кому будет польза, если она растратит силы еще на троих... ну, пусть даже пятерых. Аннамирэ повела взглядом вокруг, поворачиваясь всем телом, сморщилась, взялась рукой за шею. Впереди была пристань, бурлящая боем, город позади умер. Двое тэлери таращились на нее из переулка - женщина как приросла к земле, мужчина держался за нож. Воины так ножи не держат.
Она ругнулась - громко и грубо, так Морьо ругался на заготовку, не подчиняющуюся его молоту.
- Что уставились? Унесите своих!
Они переглянулись, подошли боком, подняли одного, второго, за ними потянулись еще...
- Я не буду их лечить! - кричала Тарвендэ, качаясь из стороны в сторону, обнимала чье-то тело, прижав к груди голову. Муж? Брат? Отец? Узнать было нельзя. Детей у нее не было.
- Будешь! - рявкнула Аннамирэ, от собственного голоса сделалось жутко. Забывшись, дернула головой, от боли потемнело в глазах, шатнуло в сторону. - Будешь - или, клянусь, я сама тебя убью.
Тарвендэ раскрыла рот, сдавленно пискнула, опустила из рук на пристань раненого. Или мертвого. Теперь Аннамирэ узнала - Таркалло, брат-близнец, один из дружинников Морьо.
Тарвендэ поднялась на ноги. Аннамирэ молча протянула руку, Тарвендэ без слов вложила в нее мот шелковой ленты.
- Пойдешь со мной.
Битва была совсем рядом, но как будто откатывалась к кораблям. Тэлери больше не было видно, только нолдор; Аннамирэ смутно догадалась - сюда оттаскивают всех раненых. В лица старалась не глядеть, только на раны. У кого-то стрела в груди, он леденеет и гаснет, но дышит - редко и коротко. Хорошо, что стрелы тэлери без зазубрин. Помоги вынуть, попросила Аннамирэ кого-то рядом, не попал бы воздух; накрыла рукой - затворяю кровь, запираю боль... под ладонью потеплело. Ни на кого не поднимать глаз. Пошла к следующему, дышала так же мелко и редко, как тот раненый, воздуха не хватало, голова плыла. Этого просто  перевязать. Следующего, оглушенного, не стоит даже будить.
Потом наконец-то подошли телеги.
Вывозите раненых на улицы.
Говорить сил уже не было.

Отредактировано Аннамирэ (2013-05-27 20:33:20)

+5

75

Судя по всему, самое разумное, что можно было сделать, - дожать тэлери на этом корабле и удерживать его. Раненые понемногу собрались - кто сам добрался, кого дотащили - возле Карнистира. Перевязали друг друга, оборвав подолы и рукава рубах. Карнистир не дал трогать ногу. Кровь он запер, а лишняя полоса ткани ничем не помогла бы.
Раненых тэлери оттеснили к корме и там оставили под присмотром. Бой еще продолжался, когда по сходням взлетел Курво с небольшим отрядом и буквально смел противника.
- Удерживайте взятые корабли! Выносите раненых!
Карнистир согласно кивнул, но взялись первым делом за него. Он попытался отбиться. Ему не нужна была помощь, пока битва не закончилась, он все еще не верил, что больше не может сражаться.
- Я останусь! Я цел! Курво, убери их от меня! Я могу идти сам!
Курво только усмехнулся. Поганец. Карнистир бросил сопротивляться, его уложили на щит и понесли, он пытался рассмотреть что-то по сторонам, но ничего толком не разобрал.
Потом щит опустили. Он увидел бескровное лицо Турко. Лежащих рядом Амбаруссар. Полумертвого Тьелпэ. Следом на руках принесли Кано - он был в сознании и так же потрясенно оглядывался. Карнистир сглотнул, протянул руку к Тэльво, но не решился коснуться и отдернул. Отвернулся. Видеть их распростертыми было выше его сил. С пристани продолжали нести раненых. Еще немного - и Нэльо не хватит воинов, чтобы прикрыть всех.
Два жалких корабля - вот все, чего он добился в этом бою. Потеряв ранеными и убитыми не меньше верных, чем могло бы на них плыть. Два корабля! Да это не стоило и царапины ни одного из братьев. Не надо было отдавать Ольвэ отцу. Не надо было.
До них уже добрались целители. Карнистиру показалось, что он узнал Аннамирэ - но та нолдэ не поднимала головы, и в сумраке он не был уверен. Меньше всего сейчас хотелось смотреть ей в глаза.
Пока ему зашивали бедро, подоспел Нолофинвэ - об этом закричали сразу отовсюду - и вступил в бой. Карнистир подумал, что скоро подоспеет и Третий Дом. Родичи Ольвэ. О них тоже стоило вспомнить раньше.
Беспомощность убивала его.
Скоро принесли совсем еще юного нолдо. Ему перебили лодыжку, пока он нес лучникам мешок со стрелами - те уже опустошили колчаны. Карнистир вскинулся. Он никогда не был метким лучником, но в такой суматохе это и не требовалось. А стрелять можно не двигаясь с места.
Он взял у кого-то из раненых копье, поднялся на здоровой ноге. Забрал мешок со стрелами, одолжил лук - взамен оставил ненужный теперь меч. Копье стало ему посохом и изрядно помогало, хотя после первых же шагов на свежих повязках проступила кровь. Ничего, он еще успеет ее остановить. Целители ничего ему не сказали - непохоже было, что вообще увидели. У них и так хватало работы.
Айкассэ подвернулся навстречу, и Карнистир схватил его за плечо.
- Найди лук. Отведешь меня к лучникам.
Лучники нолдор нашли себе место напротив кораблей, у амбаров, где хранились лодки и корабельные снасти. Порой иные выходили из укрытия и собирали упавшие на землю стрелы тэлери - легкие и короткие, но хотя бы такие. Стреляли по команде, залпами, не позволяя оставшимся на кораблях поднять головы выше бортов и самим взяться за луки. Стрелять же по пристани было бы теперь безумием - слишком смешались нолдор и тэлери и слишком все кипело.
Карнистиру и Айкассэ нашлось место с краю. Айкассэ встал вплотную к стене амбара, Карнистир пристроился в стороне, опустился на одно колено. Снял с плеча лук. Тело пока подчинялось ему, а боль имела мало значения, и он стрелял, пока у него оставались стрелы.

+3

76

Часть команд Нолофинвэ отдавал через осанвэ, а потому сквозь его открытый разум прокатывались волны гнева и ярости его воинов. На первый взгляд ситуация была простой - "на нас напали". Видя убитых и раненых нолдор, воины рвались в битву так, что их приходилось сдерживать и все время напоминать о том, что "это недоразумение".
Но уговоры уже не действовали,  дружина Нолофинвэ буквально смела противника с площади и  прорвалась к отряду, прижатому к стене, отделяющей Гавань от города. Нолофинвэ сразу же послал лучников и щитоносцев заблокировать выходы в город, откуда телери могла прити подмога, подумав про себя, что ему повезло - дорога, по которой они пришли сюда, ведущая из Тириона в Альквалондэ, и плавно переходившая а в одну из улиц, почему-то оставалась свободной. А ведь если телери устроили нолдор засаду, то они в первую очередь должны были перекрыть Тирионскую дорогу.
Но Феанаро свободно вошел в Гавань вместе с дружиной. Что же случилось? Что?
Меч Нолофинвэ так и не обнажил, щит перекинул в правую руку, и шел впереди своих воинов, отбрасывая с дороги тех, кого он так и не мог решиться назвать врагами. Соединившись с самым большим отрядом нолдор, он мог теперь развернуть часть войска к причалам и окончательно очистить площадь.Телери было больше, но вооружены они были плоховато, а стрелы у лучников должны были скоро закончиться.
"Зачем им было нападать? Зачем?"
Нолофинвэ старался не думать о тех, кого он оглушил, а может и убил. Вначале надо было овладеть ситуацией - битва, начавшаяся перед его приходом, и наверное бывшая всеобщей, сейчас распалась на мелкие очаги как затухающий лесной пожар.
- Соединяемся с дружинниками Нолдарана, - скомандовал он, - все, кроме двух отрядов лучникоа, возле входов в Гавань. Никого из города сюда не пропускать! Сейчас все закончится. Должно.
Он все еще не видел ни брата, ни Финдекано, ни невесть куда исчезнувшего Аракано. Нельяфинвэ был неподалеку, но расспрашивать его было явно не ко времени.
"Скоро придет Арафинвэ со своими, - вдруг пришло в голову - и увидит все это..."
Нолофинвэ заставил себя не думать и об этом тоже, и скомандовал оставшимся с ним воинам собраться вместе и сомкнуть ряды.

Отредактировано Нолофинвэ (2013-05-27 21:32:43)

+3

77

Финьо успел пробиться к другу довольно быстро.
- Ты сам-то как, не ранен?
Он отбил чей-то удар, пришедшийся вскользь, по лезвию и  порвал рукав куртки, чудом не задев руку.
- Армии у меня нет, отец должен был вести ее позади. Они скоро приедут. У меня только небольшой отряд лучников. Я сказал им двигаться сюда.
Финдэкано старался отвечать коротко, не отвлекаться на разговоры. Но выяснить, что здесь, стоило. Хотя, и так было понятно, что именно. Очевидное было у них перед глазами.
"Так вот ты какая, война."
От этой мысли  Нолофинвеон вздрогнул, но  оружия не опустил. Теперь от того, как точно он будет бить и как ловко отражать удары завила не только его жизнь, но и жизнь тех, кто был ему дорог. А это стоило того, что происходило. Он старался прикрывать друга, когда тот пошел вперед. Все вокруг было похоже на страшный сон. Как же они могли до этого дойти? Не теперь, не теперь нужно было об этом думать. В суматохе, отвлекшись, он пропустил еще один удар, на этот раз на  руке остался длинный порез. Финьо тихо зашипел. Неглубокий и ладно.
Куда они шли, Финдэкано понятия не имел,  но старался прикрывать друга от летящих стрел и бросающихся к ним  эльфов. Только когда они подошли близко, то увидел, куда именно. Тьелпе. Пр-роклятье. Да что же это происходит? И... кто еще  ранен из их семьи? Или убит? От последней мысли стало совсем не хорошо.
- Не беспокойся, прикрою.
Он готов был сделать все возможное, чтобы помочь и намеревался сделать это.
- Иди, только не слишком задерживайся, ладно.
Он, снова, поднял меч, и пошел вперед. Цель  их движения была видна  хорошо.  В той стороне боя не было. Маленький островок затишья посреди  всего того безумия, что  творилось на  пирсах. Они почти уже дошли, когда очередная стрела вонзилась Финдекано в плечо.  Вот пакость. Больно. И руку он почти сразу перестал чувствовать. Мысленно он выругался, но не сказал ничего, переложив меч в левую  и пошел дальше. У него еще был долг, который нужно выполнить, а не ныть.
Под навесом раненых было много, очень. Он заметил и кузенов, видимо, им сильно досталось. Нужно было встать со всеми в заградительную линию, чтобы  прикрыть их хоть от стрел. Сейчас... Только голова перестанет кружиться. Финьо сделал шаг в сторону  "выхода" и, потеряв сознание,  упал на каменные плиты.

Отредактировано Финдэкано (2013-05-27 22:53:37)

+2

78

Страх, отчаяние, боль, ненависть, жажда мести - эмоции сплетались в единый кокон; кто-то бился, потому, что больше ничего не оставалось, кто-то - за смерть близких, другие же - дабы сохранить жизни тех, кто ранен.
Майтимо ещё корил себя за то, что подверг друга опасности, но неся на руках раненого племянника, он не имел возможности защитить ещё и Финдэкано. Потому теперь, стоя вместе с остальными защитниками их импровизированного лазарета посреди утонувших в крови Гаваней, он отмел все лишние мысли.
Тяжелое обжигающее дыхание в краткую минуту передышки, вырывалось из уст нолдо: он смотрел на разлившуюся вокруг бурю смерти, выбирая наиболее удобную тактику обороны. Они не были сейчас завоевателями, сохранить жизни, отбиться - вот их задача.
Первое время своих и чужих можно было различить по цветам одежды, а теперь? Теперь все, кто ещё стоял на ногах были в крови врагов и друзей - нолдор Первого Дома начинали выдыхаться, сие стало заметно даже по тому, как время от времени тэлери теснили их ближе к раненым сородичам, коих они охраняли.
Совсем недавно принесли тело Туркафинвэ, и старший, закусив губу, лишь силой воли заставил себя не кинуться к брату, дабы самому убедиться в его состоянии. А потом и того тяжелее - принесли близнецов. Оба младших без сознания. Видя, как один за одним падают принцы, не только феаноринг, но и воины кидались озлобленней, их теперь вела чистая месть, ярость.
- Мы не сдержим их! - голос воина, наполненный страхом, только разозлил перводомовца, он резким жестом руки велел нолдо замолчать.
- Сдержим, - сквозь сжатые зубы, а потом уже громче: - Во что бы то нам ни стало, мы сдержим их! Слышали? - один из раненных шальной стрелой моряков собрат, без надежды посмотрел на предводителя. Нельяфинвэ помог ему подняться с колена, оценивающе посмотрел на ранение и, забывая о скорби и жалости - если не вытаскивать стрелу, ещё протянет какое-то время - кивнул. - Нолдор! Мы не имеем права на поражение! За этими стенами - наши жены, сестры и дети! За нашими спинами - сражавшиеся за наши жизни отцы, братья и сыновья! Что станет с ними, если вы опустите мечи?! - разжечь в сердцах эльдар ненависть, вот чего добивался старший сын Феанаро. У них почти не оставалось иного оружия.
После верные братьев принесли раненого Морифинвэ: Четвертому не слабо досталось, но он был в сознании. Майтимо не имел права отвлечься от битвы, ослабить оборону, потому лишь мельком посмотрел в сторону прибывших. Однако сохранить концентрацию оказалось весьма затруднительно: пропустив стрелу, которая оцарапала щеку, нолдо скривился от боли - повезло, что вовремя повернулся в сторону. Нервно отерев кровь рукавом, эльф отступил шаг назад и почти сразу же отбил ещё одну стрелу, нацеленную ему в грудь.
Последней же каплей стало, когда сюда же доставили бледного, точно мраморная плита Макалаурэ. Неведомая до сей поры струна лопнула в подсознании старшего - всё отошло на задний план, мир перестал существовать, оставались только боль и умоисступление. Отыскав взглядом своего оруженосца, Нельо взял у Риэра щит прямоугольной формы, и с небольшим отрядом направился к отряду лучников тэлери.
Каштаново-рыжие от крови, слипшиеся и взлохмаченные волосы, выбились из-под обода, рваная грязная одежда уже ничем не напоминала прежнее, искусно выделанное облачение эльдар; разводами на лице смешались пыль и кровь. Если бы кто глянул со стороны в не боевое время, наверняка приняли бы за орка, коих аманские эльфы, родившиеся вдалеке от опасностей Эндорэ, не встречали пока на своем жизненном пути.   
Каждый удар был смертельным для врага, щит защищал от стрел и атак в ближнем бою, неизвестно сколько бы старший принц Первого Дома продержался, не приди в Альквалондэ подмога.   
- Второй Дом! - Нельо резко остановился, смотря в сторону, откуда показалась армия Нолофинвэ: синие штандарты развивались на ветру, говоря, что пришла помощь (хотя помощь ли?).
- Армия Второго Дома! - это были выкрики надежды: родственники не придадут и не оставят в трудную минуту, в это не верил никто из его, Нельяфинвэ, воинов.
Но бой не закончился. Видя подмогу, пришедшую к их врагам, мореходы не испугались, но стали наоборот настойчивей, а били - яростней.
- Защиту справа прорвали! - крикнул один из воинов, и Майтимо не думая кинулся за стену из щитов. Тэлери, не побоявшиеся напасть на воинов, кои защищали раненых, ждала не завидная участь - отреагировали нолдор, пусть не мгновенно, но весьма скоро.
Целители прорвались сквозь безумие боя, можно было вздохнуть с облегчением - слишком уж много раненых оказалось среди нолдор, но принц не сомневался в силах и умениях лекарей Первого Дома. Примерно в этот же момент к ним дошли воины Второго Дома: больше не стоило опасаться врагов - почти выигрывали. Нельяфинвэ опустился рядом с упавшим наземь Аракано и, отложив меч в сторону, взял кузена на руки, дабы отнести к остальным пострадавшим.

+2

79

Вокруг творилось нечто невообразимое, непонятное и невозможное. Кажущееся слишком реальным кошмаром, кошмаром наяву. Нескончаемый сон о темноте, пляске пламени факелов и крови, кажущейся в окружающем полумраке почти чёрной.   Кровь была везде, словно не из тел убитых вылилась, а пролилась подобно дождю с неба. Где-то неподалёку раздался голос лорда Майтимо. Риэр коротко посмотрел на отца и стал пробиваться к лорду. Пока пробивался, получил стрелу в бедро, но не стал на это отвлекаться, ибо осталось совсем немного. Отдав обернувшемуся лорду щит, отошёл в сторону, чтобы не попасться на пути своим же. В то же время поразился тому, какой у феанариона был взгляд... Никогда прежде Морнэмиру не доводилось видеть подобного у учителя. Но причину он понимал. Хорошо так понимал. Сейчас не осталось никого, кто был бы привычным, того, чей взгляд не пылал бы ненавистью, яростью и отчаянной решимостью. Вокруг кипел бой, отчаянный, невозможный, страшный. Всё было всерьёз... Риэр откинул копьё в сторону и присел рядом с другими ранеными и попытался вытянуть стрелу. На удивление получилось. Дальше попроще... Время замедлилось, обозначая своё течение лишь гулкими ударами сердца. Не смотреть вокруг... Не смотреть. Слишком страшно началась эта война.
И вдруг сквозь шум битвы раздались крики о подходе Второго Дома. Вовремя... Риэр поднял голову, откидывая с глаз упавшие на лицо пряди волос и посмотрел в ту сторону, где развивались на ветру синие штандарты. Помощь пришла. Вовремя. Ещё бы немного и всё... Но скоро ли окончится эта битва, пока было непонятно. Лучше бы конечно скорее...

+1

80

Наконец-то они пришли. Новые силы вдохнули второе дыхание в сражающихся нолдор. Сопротивление телери начало слабеть, сейчас им не помогало даже численное преимущество, как раньше. Некоторые из них , покорившись судьбе, сложили оружие, некоторые сдались…
Верные первого дома . разгоряченные битвой, разгоряченные кровью долго еще не желали  поставить точку в битве.
Сейчас было время оценить потери.  Раненных из Первого дома было много, некоторых, кто первые пытались прорваться на корабли-скинули в воду и они ушли на дно к Ульмо.  И раны, кровь, … зрелище совершенно непривычное. Изувеченные тела, стоны, запах, который висел в воздухе- все это пьянило кровь, отдавалось стуком сердца, все это была война, агония и гнев, который вырвался наружу.
- Как мои сыновья?
- Все живы, - доложил помощник, он тоже не мог отдышаться после битвы, а рука все еще лежала на рукояти меча.
Кивнув, Феанор направился туда, где стоял его брат. Пришлось перешагивать через трупы, тела, раненных, сапоги скользили в крови, смешанной с песком и морской солью.  Это не поражение, это первая победа.
- Передайте им, что я скоро к ним вернусь. Я горд за них, - нолдо кивнул и повернулся назад, туда, куда уносили всех раненных в бою.
Все они живы, это было самым главным. Главнее победы. Странно, но это было действительно важнее всего, Куруфинве понимал это сейчас более чем четко.
Вот и знакомый стяг.
Хмуро, убирая окровавленный меч в ножны и снимая перчатки, Феанор подошел к Нолофинве.
- Что-то вы слишком долго добирались. – он убрал меч и глубоко вздохнул свежий воздух. Брови все еще были нахмурены, а тело не могло расслабиться и каждый мускул был напряжен, словно ожидая продолжения битвы.

Отредактировано Феанаро (2013-05-28 15:07:55)

+2

81

Особой благодарности Нолофинвэ вообще то не ожидал, да она ему была и ни к чему. Увидев Феанаро, он в первую очередь почувствовал облегчение - жив. Самому Нолофинвэ не терпелось отыскать сыновей, но то, что он называл долгом,  заставило его на время забыть о собственных хлопотах.
"Я должен знать, что случилось"
Правая рука уже не чувствовала тяжести щита, Нолофинвэ выронил его в тот момент, когда понял, что сражаться уже не с кем. Ужас накатывал ледяными волнами - второй Финвион не дал себя убить, но ценою этого были жизни таких же эльдар. Это было настолько жутко, что Нолофинвэ, несмотря на отсутствие ранений, держался на ногах только лишь усилием воли.
Он смотрел на брата, разгоряченного, со странным огнем в глазах, тоже забрызганного кровью, чужой, да и своей тоже, и видел, что тот гордится победой.
"Для него это победа...Победа, а не преступление. Даже если телери напали первыми, мы все виновны в братоубийстве. В этом бою нет победителя."
В этот момент Нолофинвэ безо всякого осанвэ понял, чтобы не случилось в Гавани, его брат считает себя правым, а жертвы оправданными. Он немного помедлил, выравнивая дыхание, а потом сказал:
-Я услыхал ваш зов, брат мой и король, но даже представить себе не мог, что мы идем на битву с эльдар, которых всегда считали друзьями. Могу ли я узнать, что произошло?

+1


Вы здесь » Quenta Noldolante » Архив эпизодов » Альквалондэ


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC