Quenta Noldolante

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Quenta Noldolante » Архив эпизодов » Тем временем в Ильмарине


Тем временем в Ильмарине

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Время и место:
Аман, 1495 год ЭД. Таникветиль, Ильмарин, тронный зал.

Участники:
Манвэ, Варда. Возможно присутствие всех желающих Валар.

Возможно ли вмешательство в эпизод:
Если очень надо и не противоречит логике - пожалуйста.

Предшествующий эпизод:
Праздник сбора урожая

Краткое описание:
Мелькор уничтожил Древа, совершил убийство Финвэ и скрылся. Феанаро в ярости. Пламенными речами новый король нолдор уговорил уйти свой народ за ним в Эндорэ мстить Врагу. Собственно, реакция правителей во всей своей красе...

Предупреждения:
Нет.

0

2

Да будет свет! - Сказал электрик и перерезал провода.
В Амане проводов не было, как и электриков, но это не помешало Мелькору взять и испортить праздник, лишив единственного источника освещения и наградив руководящий состав в лице Манвэ и Варды новой головной болью – альтернативной версией некогда прекрасным, теперь уже, увы, зачахшим Тельпериону и Лаурелину. Феанор, который как раз таки годился на роль электрика, вместо того чтобы помочь, обзавелся паранойей, чудилось ему, что все, кому не лень, а особенно Валар, руки свои к камушкам его чудесным тянут.
- Главное чтоб он их не съел, - подумал про себя Манвэ, - а то кто знает, какие последствия могут возникнуть при поглощении Сильмарилей.
Отужинать камешками воинственному сыну Финвэ не удалось, а вот братец явил миру свою хитроумную натуру, показал всем кукиш и, прихватив с собой Сильмарили, ушел в закат, вернее во тьму. Чем в разы ухудшил ситуацию, так как, не перенеся такой наглости, нолдор, недолго думая, ринулись под знамена Феанора. Да, убитого Финвэ было жаль, и вообще где это видано, чтоб из Амана благословенного души отправлялись прямиком к Мандосу. Будто тут не беззаботный край, а пыточная Темных.
- Вряд ли мы Мелькора сейчас догоним, не говоря уже о том, что поймать его будет фактически невозможно. – Рассуждал Владыка ветров, - он в темноте, что птица в небе. Потому и Феанору помочь ничем не сможем. – Про старшего сына Финвэ вспоминалось с тяжелой горечью, видимо у всех гениев наступает переломный момент, когда хочется противопоставить себя остальным, показать, что ты вполне самостоятельная личность и плевать хотел на установленный порядок, сам намного лучше организуешь. Остается только пожелать успеха, и, смахнув прощальную слезу, помахать платочком в след удаляющемуся каравану. – Ждать он не привык, да и не умеет, судя по всему, что ж, пусть идет с миром. Не силой же его удерживать в Амане от всех тех глупостей, что он может натворить. – Манвэ видел, какой бы могла быть судьба гениального лингвиста, ювелира и кузнеца, отрекись он от мести и выбери другой путь. Тем тяжелее было осознавать, что злой рок может искажать не только внешний облик, но и душу, проникая туда тонкими веточками чертополоха, которые, на засеянной лживыми речами почве, вырастут в густой непроходимый лес.
- Но предупредить его я должен. – Больше всего Владыке ветров хотелось надеяться на то, что упрямый Пламенный дух, в последний момент передумает, призовет к разуму и увидит, как бессмысленна и опасна его затея. Никто не будет удерживать жертв Мелькоровой лжи, эльфы сами пришли в Валинор, сами же и уйдут, когда им вздумается.  Зная что наговорил мятежный братец доверчивым перворожденным, Манвэ попытался представить себя в роли рабовладельца, не выходило, не мог Вала даже в мыслях вообразить как он будет ходить среди сгорбившимися от тяжкого труда эльфами, и, размахивая плетью, отвешивать удары самым непослушным, а вот Темный с Феанором, видимо могли, и откуда у них, спрашивается, такая фантазия? Ладно, братец, у него может, именно таким образом и держится порядок с дисциплиной, но Куруфинвэ, выросший в Амане и не знавший ни плеток, ни непосильного труда на чье либо единоличное благо, откуда такими думами проникся?
Сколько ни стой у окна и не вглядывайся в кромешную темноту под сольные завывания Ниэнны, возникшего положения не исправишь. Да и в темноте ничего подозрительного пока что не видно, словно Мелькор сквозь землю провалился, что было бы весьма логично и в его духе.
- Пошлем вестника к Феанору, знаю, он к моим речам не прислушается, но может другие избегнут его участи. – сказал Манвэ, поворачиваясь к супруге, которая тоже присутствовала при решении вопросов особой тяжести, строгости и секретности, - А вот братца в такой темноте отыскать нам не удастся, разве что он еще раз рискнет к нам сунутся, вот только смысла в этом я не вижу.

0

3

Валиэ одной частью своего сознания до сих пор пребывала в несколько шоковом состоянии. И пугало её даже не то, что Мелькор в принципе не изменился, хотя, ей помнилось, практически совсем недавно он клялся и божился, что всё понял и что он признаёт свои ошибки. Хуже было то, что уничтожение Древ произошло во время праздника сбора урожая, который, как надеялись Валар, поможет наладить отношения между Домами нолдор. Вместо пиршества и веселья получились трагедия и гнев. Трагедия в плане ликвидации главных источников света и смерти Финвэ, гнев последовал от Феанаро. Пламенный Дух с горяча решил, что Валар сами же позволили Мелькору совершить это преступление, а бездействие Стихий приписывал к беспомощности. На это Варда могла лишь молча взирать, жалея поддавшегося речам Мятежного Валы. И хотя речи его могли казаться кощунственными, судить строго за них его было нельзя - он потерял отца, утратил величайшие из своих творений. Апогеем картины было принятие Феанором решения увести свой народ из Амана. Что ж, Валар не привели сюда нолдор на поводке, к себе в Благодатных землях не привязывали, так что они могли спокойно уйти, их никто задерживать не будет. Но в Эндорэ они уже будут сами себе предоставлены. Пусть попробуют настигнуть своего врага, раз так решили.
Валиэ стояла перед окном и вглядывалась на чёрное небесное покрывало, на котором тускло горели звёзды. Вполуха она слушала рассуждения супруга, но пока ничего не говорила. "На святое покусился. Знал, что тем пакостнее будет деяние, чем в более светлый день его устроить. Намеренно заявился в Форменос и лишил главу Первого Дома самого дорогого. Какой же всё-таки извращённый ум у Тёмных... Никто из остальных Валар даже не помыслил бы использовать доверчивость Первых Детей себе на пользу." - размышляла Элентари.
- Феанаро сейчас правит не разум, а разбитое сердце. Месть его может далеко завести, и я не вижу, к чему его может привести эта дорога. Слушать он нас вряд ли станет, мы же "беспомощно сидим и ничего не делаем". Но попробовать можно. Возможно, кто-то и откажется от этой затеи.... Хотя среди их народа уж давно многие мечтали уйти за море путешествовать. Это лишний повод.
Валиэ помолчала, обдумывая ситуацию. "Они направятся в Альквалондэ, к Гаваням, только у телери они могут найти достаточное количество кораблей, чтобы покинуть Аман. Вряд ли Ольвэ придётся по вкусу эта идея..." - мысли текли равномерно, словно воды равнинной реки, - "Надеюсь, Феанаро хватит ума не забирать корабли силой, если ему откажут в помощи. Это может плохо закончиться..." Пронзительные песни Ниэнны доносились сквозь мрак, а Яаванна, наверняка, даже после её, Варды, слов утешения пребывает до сих пор в унынии.
- Яаванна сказала, что больше не сможет взрастить нечто, подобное Древам.

0

4

К чему Феанора могла привести выбранная им дорога, было понятно даже пьяному Тулкасу, выкурившему конопляное поле Яванны. Кстати, очень хорошо, что он никогда так не поступал. Но сейчас вопрос стоял в следующем: полностью закрыть глаза на народное восстание, или же приглядывать потихонечку за  разбушевавшимися нолдор, чтоб они еще больше дров не наломали, хотя куда уж больше. Владыка ветров не мог понять души тонкой эльфийской натуры, что заставило перворожденных ринуться прочь, ладно бы слухи оказались правдой, и Валар на самом деле были жестокими узурпаторами, жаждущими собственного господства над детьми Илуватара. Но нет, такого ни у кого даже в мыслях не было, видимо как волка не корми – все равно в лес убежит, так и перворожденные, не все, только нолдор, получили что хотели, насытились и решили ломануть в лес, на природу и мнимую свободу. Вала решил отправить вестника с вразумительными речами, вдруг, о чудо, не у всех нолдор произошла качественная атрофия мозга, и на кого-то пламенные речи Огненного духа, взращенные Мелькором, не оказали должного влияния, да и со зрением было все в порядке.
- Разбитое сердце местью не излечить, возможно, ему станет легче, но ненадолго. – Враг был выбран явно не по зубам, Стихии бились с ним с момента сотворения Арды, в результате попались на простейший обман, приправленный лживыми речами раскаянья и глубоко затаенной злобой, что так и не смогла покинуть Темного, вернее он никак не хотел ее отпускать, цепляясь, словно утопающий за соломинку.  – А как ты думаешь, что станет с эльфом, съедаемым местью, дорвись он до Мелькора? Если ему это конечно удастся. Братец с легкостью обвел нас вокруг пальца, так что толпа нолдор, даже вооруженная до зубов, для него не больше чем новое развлечение. Наиграется и выбросит. Либо сразу всех, либо по одному, смотря по настроению и силе нолдорской воли. – Хотелось надеяться что все будет не так скоропостижно и мрачно, но зная Мелькора, на так давно нареченного Морготом, о другом варианте даже думать не приходилось. Пусть он не так давно вышел из заточения, растерял свою армию, а оплот Тьмы повергнут в руины, Вряд ли остатки темных не откликнуться на зов своего Владыки, а то, что он молчать не будет – ясно как наступившая тьма. Мятежный не угомониться пока стоит Валинор, а Валар ходят не на цыпочках побрякивая цепями оков.
- ничем помочь нолдор я не могу, они сами захотели такой судьбы. Так что предлагаю посмотреть со стороны на их безумную затею, а там увидим, потребуется наша помощь или лучше оставить все так, как есть. -  Владыка ветров был близок к последней версии, зачем помогать тем, кто утратил в них веру? Кто не так давно обвинил Валар в бездействии, что ж, пусть эти дети ощутят на себе каким оно на самом деле, оказывается, бывает полное бездействие со стороны стихий. Сейчас наиболее важным являлся вопрос об освещении Арды, древа уже не восстановить, Яванна свой подвиг повторить не сможет, остается действовать имеющимися силами.
- Яванну, убитую горем, не стоит лишний раз трогать, пусть изольет скорбь, успокоиться, тогда можно и ее силы подключить. – Толку от зареванной Валиэ все равно не было, разве что ввергнет остальных в еще большее уныние. А вот успокоить новую страдалицу было необходимо, вот только как? Да и вопрос этот в большей степени должен был мучить Ауле. Манвэ бы и сам не отказался от помощи, слишком много событий, причем событий не радостных свалилось за один до конца не проведенный праздник. Причем каждое из них затрагивало самую больную рану – обман брата. Подойдя к супруге и заключив ее в объятия, Варда была единственной с кем можно поговорить на самые откровенные темы не боясь быть не понятым, положив голову на хрупкое женское плечо, медленно перебирая руками блестевшие даже в темноте длинные пряди волос, Владыка ветров знал что можно не говорить, все и так понятно, но высказаться от чего-то хотелось
- Я больше никогда не смогу ему поверить. И простить тоже.

+2

5

Не трудно судить тех, кто ответственен за мир, будучи тем, кто ответственен лишь за свою судьбу и судьбы близких. Легко со стороны говорить, что кто-то виноват и не прав, когда сам едва ли брал хоть раз в голову,  справился ли сам бы с подобной ситуацией. Привычно найти крайнего, повесить вину на кого-то, и, заклеймив этого кого-то, спустить всех собак, дать волю агрессии, ведь так приятно чувствовать, что твои действия подкреплены не собственным неумением сдерживать себя, не безрассудством, не опрометчивостью. Стоит задать курс "благая цель" и пустить её в массы, как начинает рушиться идиллия. Как же всё-таки опасен фанатизм вкупе с больной душой...
Варда, разумеется, считала поступок нолдор в высшей степени безрассудным. Идти воевать с Валой... Легче уж попробовать до Эру достучаться всем эльфийским многоголосием. Более всего, конечно, печалила Клятва феанорингов. Такое впечатление, что Финвэ-то они оплакивают и скорбят больше всех, но идти собрались не столько мстить, сколько добро своё возвращать. Впрочем, говоря о смерти, ей ли, бессмертной, судить? Она никогда никого не теряла из ближних и дорогих. Разве что Мятежный был теперь для них, Валар, потерян окончательно, но тут иная суть. Бесполезно открывать глаза на правду тем, кто её не хочет видеть, нет смысла взывать к разумности тех, кто слышать не хочет. Или есть смысл? Не это суть важно, на самом деле. Несмотря на гневные речи Феанаро, Элентари беспокоилась за уходящий из Благодатных земель народ. Пламенные речи не пробудили гнева или злости, лишь сожаление. Новый король нолдор ведь вряд ли задавался вопросом, как поступил бы его отец в подобной ситуации. Финвэ был мудр и дальновиден. Его сын тоже обладал остротой ума... в той же мере, как и языка. Буйный нрав покоя не даёт и заглушает голос разума. Что ж, он теперь ответственен за судьбы всех нолдор, которых поведёт за собой. С него теперь будет спрос за всё, что произойдёт во время путешествия и после него тоже. Валиэ боялась предположить, что может случиться, если Феанаро и остальные всё-таки доберутся до Мелькора. Мятежный показал, чего стоит. Соврать братьям и сёстрам в глаза для него выеденного яйца не стоило. Его освобождение было большой ошибкой, но что толку сетовать на то, что уже исправить не в силах...
- Нет, легче ему не станет. Жажда Сильмариллей сжигает его изнутри. Камни, которых он алчет, которые он поклялся вырвать из рук любого, будь то враг или друг, могут стать для него злым роком.
Чем больше Элентари думала о злополучных камнях, тем больше ей казалось, что главное сокровище Феанаро теперь проклятье для него, а. возможно, имея ввиду Клятву, не только для него. Не возлюби слишком плод трудов своих...
Что теперь будет делать Мятежный, заполучив камни, пролив кровь в Валиноре и скрывшись из поля зрения Валар? Варда не сомневалась, что то же, что делал до падения Утумно. Увеличивать свои мощь и влияние, извращать чистые создания, везде распространять свою тень. Теперь, правда, ему вряд ли там дадут скучать. Воля нолдор велика, и не было сомнений, что они сделают всё, чтобы извести Врага с лица Арды. Валиэ не стала этого озвучивать, всё это было итак ясно.
Манвэ размышлял над тем, как им стоит поступить. И когда речь зашла о временном наблюдении и оценке ситуации, Варда едва заметно кивнула, соглашаясь с супругом. В конце концов, не могут они, Стихии, абсолютно всему научить нолдор, вложить в их головы знания, чтобы они там просто лежали, не созревшие, не понятые. Нужна практика, нужны опыт и прохождение собственных ошибках. На них как раз самое оно учиться. Пусть идут и попробуют жизнь на вкус, какой она может быть без присмотра Сил Мира.
Касательно Яаванны — тут требовались время и поддержка. Древа были не просто произведением искусства, но одними из любимейших творений её сестры. Их гибель была действительно ударом по больному, и более всех это затронуло Кементари. Что ж, время может помочь зарубцеваться даже самым глубоким ранам. Правда, они всё равно потом могут, нет-да-нет, кровоточить и болеть. И душа её супруга тоже болела. Предательство брата не могло восприниматься безэмоционально, ведь его поступок окончательно погасил веру в возможность его исправления. Его спокойно можно было принимать, как акт отречения от собратьев.
Валиэ обняла супруга в ответ, понимая, что могущественному Королю Арды нужно её присутствие, её поддержка. Душа не безразмерная - все переживания вместить не способна, что-то нужно высказать. Элентари гладила мужа по волосам, внимая его речам, не прерывая их ни жестом, ни словом. Есть ситуации, когда стоит помолчать и дать говорить другому.

+2

6

Слова несут в себе только набор звуков, ложась на пергамент, они переплетаются в письменную вязь, но одно неизменно, в словах кроется смысл, иначе бы способ передачи информации, несомненно, был бы другим. Но все мы привыкли судить не по громким речам и красивым сказкам, а по делам, совершенным или проигранным. Можно ли считать разговор делом? Кто знает… Для успешного свершения дела необходимо подобрать нужное время. А вот времени – этой хитрой субстанции бытия, как раз впрок и не напасешь. Его нельзя складировать в корзину, подобно фруктам, чтобы потом насытить свой голод, его нельзя остановить – заморозить. Как быстротечную реку, или пустить бежать со всех ног подобно ветру. Но можно обратить себе во благо. Повернуть ход действий так, чтобы сложившиеся обстоятельства, какими бы тяжелыми они не были, сыграли только на руку.
Манвэ никогда не замечал за собой излишней сентиментальности, но и жестокосердным его было не назвать. Он действовал во благо Арды, считаясь со всеми, кого в эти действия утягивал, противники могли видеть иначе, но, на то они и оппозиция. В сложившейся ситуации разговор только бы помешал, так как слова часто оттесняют мысли, а подумать было о чем, да и не стоит предатель того, чтобы о нем разводили долгие скучные задушевные разговоры. Изливая накопившуюся обиду очень легко не просто поцарапаться, а разбороздить еще не до конца затянувшуюся рану. Супруге тоже, скорее всего, было нелегко, так что усугублять положение дел королевской четой окунувшейся в депрессию – расточительно использовать имеющееся время. Желающих погрустить, поплакать и так хватало. Родные объятия в полной мере способствовали активации мыслительной деятельности, успокаивая от нанесенной боли и горечи. Желание оградить Варду от грядущих бед, помощь которой приходит всегда кстати, пусть даже в виде родного тепла и понимающего молчания, в данный момент держало лидирующую позицию, ну и Арду заодно спасти, куда уж без этого. В том, что беды будут, Владыка ветров не сомневался, какой же еще урожай можно взрастить на столь хорошо удобренной кровью и разногласиями почве?
Взвесив все «за» и «против» Манвэ пришел к окончательному решению. Не выпуская из объятий супругу, вглядываясь через ее плечо в ставшую уже привычной темноту, король Арды приступил к изложению ближайших действий, так как все свершения начинаются со слов, либо произнесенных вслух, либо бегущих вязью по пергаменту.
- Врага следует остановить сейчас, - с этого самого момента брат утратил свое имя, Манвэ отрекся от брата, пусть и сделал это мысленно. Разве можно верить предателю и считать его возможным исправиться, сменить свое отношение к окружающему? Оказалось, что нет. На вторые грабли, как правило, наступают очень редко, в нашем случае, эти самые грабли просто обходят стороной. – «Нет у меня больше брата. Есть только Враг», - мысленно уверял себя Вала, и продолжил уже вслух.
- Он рад своей победе, уверен, если нанести удар внезапно, он даже понять ничего не успеет, тем более. Что погоня за плечами в лице Тулкаса и Оромэ должна отвлекать как его самого, так и его союзника. Мне необходимо их лишь немного обогнать. – В том, что темный действовал не в одиночку, было понятно даже без света. – Не думаю, что после всех свершений, ему надолго хватит силы, чтобы открыто противостоять мне. Обожженные руки так же идут в минус, если конечно Сильмарили находятся у него, а не помощника,- Мысли о масштабном сражении были отвергнуты сразу же, с большой армией за Темным не угнаться, да и ни к чему она, будет только передвижение тормозить. Здесь необходим небольшой отряд, желательно сольный, состоящий только из Владыки ветров, можно взять с собой Торондора, вряд ли он намного отстанет в охоте на беглецов.  – У него нет армии, все его создания если не погибли, то бесследно исчезли. Прячутся по темным норкам. Вряд ли они бросятся на помощь к загнанному, израненному врагу, Тьма уважает только силу, как и боится ее, ими движет страх. А тот, кто раньше мыслил иначе сейчас без своей цитадели и повелителя бесследно исчез, затаился. – Вала не знал точного месторасположения бывшего ученика Ауле, только приблизительное – остатки Тьмы.
- Ты справишься с проблемой освещения. – Выпустив супругу из объятий, положив руки на ее хрупкие плечи, Манвэ улыбнулся. Заглядывая в ласковые глаза. – Кто с этим может справиться лучше тебя? Можно попросить помощи у Ауле, думаю огонь его кузен способен зажечь нечто похожее и для неба, можно спросить совета у Ульмо, его вода способна отражать свет твоих звезд, думаю ее тоже можно использовать, - Владыка ветров не знал какие еще варианты можно предложить в качестве альтернативы увядшим Древам, - Уверен, в этом вопросе ты сообразишь куда лучше моего. А я тем временем воспользуюсь мятежом нолдор и отсутствием освещения, тень Врага я смогу разглядеть даже сквозь господствующий мрак. А если при нем Сильмарили, то может, удастся использовать их свет во благо Арды.

+1

7

Тепло любимого сразу настроило на новый лад - хотя вокруг была темнота, воздух ещё полнился скорбью песен Ниэнны, а атмосфера явно была не позитивной, Варда почувствовала себя лучше. Не так уж всё и плохо. Создали же когда-то Древа - создадут что-нибудь новое взамен, даже лучше, и до этого "нечто" уж точно Мелькор не сможет добраться, об этом она позаботится. Надо только сообразить, кого ещё подключить к работе, в одиночку-то она вряд ли такой труд осилит. "Попросить Яаваннну вырастить что-нибудь менее фундаментальное? Изобрести подобие проклятых Сильмариллей, поместив свет в импровизированный сосуд? Звучит неплохо, но где бы ещё этот сосуд найти... В идеале, новый источник света должен охраняться, непрерывно, постоянно. А ещё он должен находить выше, вне досягаемости кого бы то ни было. Как звёзды." - мысль потихоньку рождалась в голове, фантазия рисовала нечто вроде светящегося большого шара, он светился голубоватым звёздным сиянием. Но такой свет был очень холодным и не способен был согреть землю... А вот тут идея Древ как раз сработать может вновь - будет два шара, свет одного будет холодным, звёздным, а второго — огненно-золотистым, тёплым. Или не шара? Ладно, о форме можно будет позже подумать. Главное, что сосуды будут находиться в вышине, где их не достанут загребущие руки Врага." — мысли текли медленно и ясно, каждую из них Элентари вертела и так, и этак, что-то добавляя для полноты картины, что-то отвергая, как непрактичное или нерациональное. В любом случае, она собиралась ещё держать совет с другими Валар, у них тоже могут быть идеи относительно этого дела. И в первую очередь ей всё же стоило обратиться к Кементари. Возможно, ей удастся её успокоить, и тогда они вновь соединят свои силы, подарив миру новый источник света. Элентари предполагала и возможность неудачи на этом фронте, однако попробовать стоило. Кому ещё, как ни ей, этим заниматься? Собственно, именно её профиль, больше в Арде никто освещением не заведовал.
Манвэ тоже молчал. Душеизлияние было недолгим, но оно и к лучшему — пусть душевные раны потихоньку затягиваются, зарубцуются и хотя бы какое-то время не будут давать о себе знать. Им обоим было, о чём подумать. И Варда вновь мысленно вернулась к предательству брата. Есть тут и светлая сторона — больше они не допустят его освобождения, если поймают. К Мелькору было потеряно доверие полностью, никакие ухищрения и мольбы больше его не спасут от заключения в Мандосе, когда кара вновь его настигнет, как уже было до этого. Или не в Мандосе? Враг явно там прохлаждался, раз не вынес никакого ценного урока. Впрочем, это уж они будут решать сообща, её муж, она и остальные Валар. Если Мелькор думал, что может испортить им жизнь и, изобразив финт ушами, сгинуть во мраке безнаказанным, он ошибался. Элентари не была злопамятной, ни разу, но день, когда погас свет Древ, она вряд ли забудет. И не простит. Никогда больше.
И вот супруг вновь заговорил. Вот, оказывается, в каком направлении текли его мысли всё это время. Мелькора требовалось остановить, в этом не могло быть никаких сомнений. Но больше Варду пугала та Тьма, что пришла с Врагом. Она явно была не его собственного производства. Что за мерзкое создание помогало Мятежному в исполнении его гнусного и вероломного замысла? У Элентари были догадки, много, одна хуже другой, поэтому в этом направлении мысли были оборваны насильно, пока фантазия окончательно не «сорвалась с цепи». И, конечно, чисто стратегически было верным шагом отправиться в погоню прямо сейчас, по свежему следу, пока Враг, вероятно, опьянён триумфом. Но, во имя Эру, как же ей не хотелось, чтобы Манвэ отправился на эту военную операцию... Дело было не в том, что она сомневалась в силе супруга - в этом как раз-таки сомневаться было грех, но взаимодействие с тёмными означало наличие риска. А всё, что было хоть мало-мальски рисковано для супруга, воспринималось ею негативно. Как нормальная любящая жена, Элентари волновалась за него, поэтому воспринять этот план спокойно не могла. Можно было попробовать отговорить его, ссылаясь на то, что пособник Мелькора не известен, и что опасность может быть больше предполагаемой. Но разве его это остановит? В конце концов, он Король Арды, это его прямая обязанность — наказать преступника.
Тема быстро сменилась — муж заговорил о том, что ей стоит подумать о возвращении света в Арду. Напрасно — из головы теперь не шёл этот план. Манвэ выпустил её из объятий, положив руки на плечи. Варда же чуть склонила голову, отведя взгляд. Тревожно ей было. Возможно, ещё даже больше, чем когда свет только-только погас.
- Возьми с собой Торондора и майар, сколько сочтёшь нужным. Надеюсь, твоя задумка удастся. И береги себя...
И на этом моменте слова застряли где-то в горле, не желая выходить наружу, поэтому Валиэ замолчала. Оставалось лишь уверовать, что тревоги напрасны и что её мужа ждёт триумф - "шах и мат" в один ход.

+1

8

Манвэ знал, на что он идет. Не стоило недооценивать хитрость и коварство Врага, в этом Мелькор был непревзойденным специалистом не только по все Арде, но и в чертогах Илуватара. Однако, если заплатить Темному той же монетой, то капризная птица по имени Фортуна, быть может, удостоит своим появлением. Варду тоже можно было понять, взгляд она прятала не спроста, видно, что волнуется и переживает. Только вот стыдиться этого зачем? Супруга пыталась скрыть не взгляд, а тревогу, которую в нем можно разглядеть, переживания, что закрались в душу с момента ознакомления с новой военной компанией. Хотя какая там компания, так, небольшая разведывательная миссия, в ходе которой, вполне можно обзавестись одним Мятежным пленником.
Поникший взор послужил поводом заново заключить Элентари в объятия, помочь ей, да и себе заодно, успокоиться.
- Не стоит так переживать. – Приятно, когда о тебе беспокоятся, но в такой момент как сейчас. Необходимо собраться с силами, спросить совета других Валар, познакомить их со своей идеей и озвучить решение, стандартное – собрать, организовать и приступить к выполнению. Но пока есть время на обдумывание идеи по захвату Врага, пока в тронном зале присутствует только супружеская чета, можно на время забыть о грядущих делах и посвятить себя переживаниям. Потому, если отведенный взгляд был мерой дабы супруг не смог упрекнуть Варду в слабой силе выдержки при столь ответственном деле – то зря. Владыка ветров и сам пребывал в сомнении относительно удачи предполагаемой операции, но попытка не пытка, да и карты легли не так уж плохо. Тревога не покидала душу Манвэ, однако, его выдержка помимо силы воли поддерживалась позицией: «Ты король – ты и защищай.» и «Если я сейчас нервничать начну, то все жители Валинора дружно ломанутся к Мандосу. Решив что наступили последние дни.».
- Что он сможет со мной сделать? Поведет к Отцу на Суд? Развоплотит и заточит в темницу? – Манвэ даже смешно стало, видимо воображение разыгралось не на шутку, рисуя картины собственной участи в качестве пленника Темных. – Хотел бы я посмотреть на темницу, способную меня удержать. Возвращаться ему некуда, а возвести новую цитадель - времени не хватит. Мы не знаем, кто помогает Врагу, и тут я полностью разделяю твою тревогу, но будь он кем-нибудь из Айнур, не так давно покинувших чертоги Илуватара, Отец бы оповестил  меня об этом. Значит, Его никто не покидал, чтобы предложить свою помощь Тьме. Из присутствующих в Арде темных, я не припомню выдающихся личностей, способных представлять собой угрозу для Валар, кроме одного. – Поразмыслив над сказанным, Владыка ветров пришел к выводу, что союзник либо хорошо прятался, в свое время, не проявляя себя ни в одной из стычек, либо, это кто-то из переметнувшихся, вполне вероятно не представляет собой такой уж большой угрозы. Промелькнул и еще один вариант возникновения помощи Мятежному – его собственное создание, припасенное как раз для таких вот случаев. Не стоило сбрасывать со счетов Майрона, единственное, что было о нем известно, так это факт его исчезновения, в плену бывшего ученика Ауле не оказалось. Он вполне мог перейти от наблюдательной позиции к исполнению непосредственного приказа. В любом случае. Кем бы ни являлось незнакомое темное создание, врагов было всего двое.
- Чем больше армия – тем медленнее скорость, нас заметят издалека и не позволят себя догнать. В любом случае придется оставлять войско, и уже узнанным пускаться вслед. Эффект неожиданности, играющий не последнюю роль, будет утерян. – Целая армия не поспеет за двумя, тем более в такой темноте, к тому же, она куда важнее в Валиноре, хорошо, что нолдор тихо и мирно собирают свои вещи для миграции в другую часть Арды, а если Феанору в голову взбредет пустить кровь тем, кто с ним уходить не пожелает? Потому целесообразнее не устраивать марши в неизвестном направлении, а наблюдать за порядком там, где он может пошатнуться.
- За мной следом отправятся Торондор и Эонвэ, на тот случай, если пособником Врага окажется бывший лучший ученик Ауле. - Вала попытался успокоить супругу, хотя сам понимал, ни о каком спокойствии в данной ситуации не может быть и речи. Владыка ветров был напряжен подобно натянутой струне, готов в любую минуту сорваться в погоню, вот только сначала необходимо удостовериться, что в Амане дела пойдут в сторону прогресса, для чего успокоившаяся, собранная Варда покинет тронный зал, и уж только тогда отправляться в путь самому.
- Как ты думаешь, кто может помогать Темному? – Спросил Манвэ, перебирая пряди волос супруги.

+1

9

Валиэ намеренно выстроила целый ряд аргументов в пользу того, что ей стоит идти и заниматься своими делами, а не демонстрировать свою несостоятельность отпустить мужа исполнять возложенную им же самим на себя миссию. У Мелькора вряд ли имеется, что противопоставить её мужу — один пособник его шкуру не спасёт, а, возможно, как и положено тёмному, он сбежит с поля боя, бросив Мятежного. В конце концов, существа их «породы» не отличаются верностью, об этом можно говорить, судя по самому Мелькору. А раз так, то дело вообще может свестись к скручиванию Врага с последующей доставкой его на Валарский суд. Такая картина нравилась Варде куда больше — минимум насилия, минимум риска, больше шансов на полный успех без побочных эффектов для Манвэ. В этом ключе и надо думать. Мысль тоже бывает материальна." - заключила Элентари. Так, что на повестке дня? Ах да, после того, как она договорит с мужем, надо отправиться к Кементари. С собой не забыть взять как можно больше позитива, на вооружение - идеи по возвращению света, в качестве запасного плана - собственное плечо чтобы было, куда сестрица могла поплакаться.
И Варде действительно немного полегчало. Самовнушение — хорошая штука, и иногда действительно работает на ура. "Надо будет Яванне посоветовать - вдруг тоже сработает." - Валиэ всячески направляла свои мысль в рабочее русло, лишь бы богатая фантазия не начала рисовать картины столкновения Мелькора с Манвэ - тут никакой здравый смысл не поможет, фантазия есть фантазия.
Вот и Манвэ был того же мнения -  не стоит переживать. Объятия супруга добавили уверенности. Ну, куда он от неё денется? Вернётся, с Врагом или без. Последнее, кстати, в контексте ситуации Варду волновало меньше всего, хотя стоило бы уповать на то, что вероломный братец будет изловлен и наказан со всей строгостью. Супруг начал шуточно предполагать, что Мелькор может с ним сделать. Не самый лучший ход, особенно упоминание о темницах. К счастью, дальнейшие размышления пошли на предмет того, кто помог Врагу уничтожить Древа. На этот вопрос у Варды был один ответ точно — кто-то из Айнур. Нет, явно не новоприбывший, достаточно сильный, ибо через ту Тьму, что окружала Мелькора и это «нечто» она не могла видеть. До этого времени её взор был не способен видеть лишь сквозь мрак Мятежного. Это говорило о наличии большой силы. Но кто? Среди майар Элентари не помнила никого, кто мог соткать такой мрак. Не было сомнений, что этот не кто-то из учеников Валар, скорее уж кто-то совсем «левый». О Майроне Валиэ также вспомнила, но что-то она сомневалась, что бывший ученик Ауле, ныне выкормыш Мелькора, успел уже научиться у своего учителя такому. Впрочем, всё может быть... Смена приоритетов не влияет на талантливость, как известно.
Манвэ заговорил об армии и ненужности её подключения, и Варда пока не спешила прерывать поток его мыслей. Может, уходя говорить с Кементари, она будет хоть приблизительно представлять, что будет проворачивать её муж вдали от Таникветиля. Но спокойнее стало, когда муж заверил её, что пойдёт с Торондором и Эонвэ. Очень хорошо, эти двое точно будут кстати и помогут изловить Врага. Более-менее довольная таким раскладом, Элентари прижалась к супругу и положила голову на его плечо. На заданный вопрос она ответила практически сразу.
- Кто-то из майар, думается мне. Музыка Врага обладает своеобразной харизмой, потому и подкупает некоторых. Примером служит всё тот же бывший ученик Ауле. Понятия не умею, какую ныне форму имеет его пособник - сквозь появившуюся Тьму я не могла видеть.
Стоило собраться и позволить мужу заниматься своими делами. У неё есть работа, есть идеи, есть те, с кем стоит поделиться этими самыми идеями. Минуты их промедления играли на руку Врагу, но разве грех продлить такой идиллический момент вновь пришедшего спокойствия? Только поэтому Варда помедлила оставлять мужа и отправляться заниматься своими делами. На краткий миг в её сознание закрался вопрос, а знает ли Мелькор, что такое семья. Ей отчего-то казалось, что он никогда их, своих братьев и сестёр, за семью не принимал. Скорее уж за соперников, конкурентов. Не хотела бы она оказаться на его месте, откровенно говоря. Особенно ввиду когда-то обретённого и ныне ею никуда не отпускаемого счастья. Эти мысли заставили Валиэ слабо улыбнуться.
- Люблю тебя.

Отредактировано Варда (2013-05-18 20:47:39)

+1

10

Всему, рано или поздно, приходит конец, миру, спокойствию, гармонии.
Как бы ни хотелось продлить миг супружеских объятий, время, увы, такой роскоши не позволяло. Не сейчас. Обнимая Варду, Владыка ветров думал о том, что может произойти в Валиноре за время его отсутствия, удастся ли справиться с проблемой освещения, одумаются ли нолдор и останутся в Амане, хотя для них куда слаще следовать зову сердца, даже если в этом самом сердце остались лишь гнев да ярость. Помочь им нечем, к речам Валар гордые эльфы вряд ли прислушаются, а общий Враг, удачно выскользнувший из поля зрения, находится в неизвестном направлении и следует одному ему ведомыми путями, отсутствие собственной цитадели и войска его не останавливает, неизвестно, что его вообще, в данный момент, может остановить, или кто.
За Варду Вала фактически не волновался, проблема, особо остро вставшая перед населением Амана ей вполне по зубам, нет. Она единственная, кто может ее разрешить – так будет вернее.
Улыбнувшись в ответ на признание супруги, Манвэ не стал ничего говорить. К чему слова, если и так все ясно? Поэтому вместо красивой трели про любовь, воспеваемой менестрелями, последовал поцелуй. Пожалуй, он скажет намного больше, чем слова. Отстранившись от губ Элентари, Владыка ветров жестом пригласил покинуть тронный зал, хотя соблазн остаться здесь, забыв про Врага и прочие напасти, что свалились на голову подобно снежной лавине, был очень велик. Но дела государственные должны ставиться превыше личных желаний. Такова участь любых, заботящихся о своем государстве, правителей, тем более, если государством является вся Арда.
- Я верю в тебя, - прошептал мужчина, выпуская Варду из объятий. Можно сомневаться в собственных идеях, в верности выбранного пути для их осуществления, но ставить под вопрос умения супруги и ее личностные качества – никогда, иначе бы о крепком союзе двух взаимоуважающих и понимающих друг друга личностей не могло быть и речи.
- Пойдем. – Относительно успокоившись, поверив в собственный успех и получив заряд хорошего настроения, невзирая на царивший вокруг мрак, Манвэ покинул тронный зал. Проводив взглядом супругу, отправившуюся на встречу с Валар, Владыка ветров принялся за собственные дела. Не стоило откладывать с вестником, который должен предоставить взбунтовавшимся эльфам шанс одуматься, успокоиться и, убрав походное снаряжение, забыть о придуманной глупости. Их, конечно, никто насильно не держит, однако бросаться на вражеские мечи, не зная броду – подход неразумный. Отыскать Эонвэ с Торондором куда проще, чем придумывать краткую, но вместительную речь для эльфов, вот только они тоже вполне могут посчитать идею о преследовании вполне неразумной, и приняться в два голоса убеждать Владыку ветров о том, что путного из данной вылазки все равно не выйдет, только время зря потратим да силы израсходуем. Хотелось все же надеяться на поддержку, тем более что результаты в пользу подобного действия были довольно весомые. Перебирая в памяти все от Песни до гибели Древ, Манвэ пытался не просто отследить свои ошибки относительно Врага, дабы больше не допускать подобных, но и понять. Что именно послужило их  причиной, каким образом Враг может втереться в доверие и перехитрить своего брата, и какие плоды на почве этих самых недочетов вырастут в будущем. В том, что Арда, в случае успеха компании еще не скоро придет в порядок, Владыка ветров не сомневался.
Покидая Таниквэтиль, Вала надеялся, что братья и сестры придут к взаимопониманию и найдут способ вернуть свет в Аман. А взбунтовавшиеся нолдор успокоятся и поймут глупость собственной затеи. Всему рано или поздно приходит конец, даже былым обидам, рожденным во Тьме.

+1


Вы здесь » Quenta Noldolante » Архив эпизодов » Тем временем в Ильмарине


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC