Quenta Noldolante

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Quenta Noldolante » Прошлое » Традицию нельзя унаследовать – ее надо завоевать.


Традицию нельзя унаследовать – ее надо завоевать.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Время и место: зала на нижних ярусах Ангбанда. Помещение для совещаний Готен-Бау и остальных балрогов.
1494 год Эпохи Древ.

Участники: Болдог, Готмог, НПС балроги Ангбанда.

Краткое описание: официальное посвящение майа Болдога в должность Правой руки Главнокомандующего Ангбанда.

Предупреждения: нестандарность ситуации - должность получает не балрог, что соответствовало бы традиции, а майа в образе орка.

0

2

Было шумно. В зале собрались все. Все балроги, какие только обитали в стенах Твердыни, а те, кто не обитал, ежели такие действительно были, любопытствовали в виде множества горящих факелов, что освещали эту огромную залу. Впрочем, зала эта была действительно колоссальных размеров - во времена строительства Ангбанда балроги, проплавляя нижние ярусы своим первородным огнем, специально создали себе это помещение с учетом того, что далеко не все они приняли для себя и впихнулись в эльфийское фана, как это сделал Готмог. Все прекрасно знали, что тогда, в седую древность, главный балрог сделал это только лишь из практических соображений - не мог Главнокомандующий командовать из под земли, а чтобы беспрепятственно перемещаться по крепости необходимо было иметь определенные пропорции, которые не вписывались в изначальную первоформу майа Огня. Посему толки об этой метаморфозе в конце концов стихли - Готен-Бау, безусловно, имел огромный авторитет в глазах своих братьев по сути и они, если и судачили об этом событии, то, скорее, разговорами-сплетнями, но никак не с осуждением. Но сегодня в этой балрожьей зале, куда в остальное время представителям иных стихий вход был заказан, будут находиться не только демоны Глубинного Пламени. Это вызывало среди присутствующих неодобрительный ропот, который, отражаясь от каменного свода залы, множился и превращался в рев - такой звук издает пожар, если его не тущить и давать наслаждаться собственным смертельным величием.
Готен-Бау был единственным, кто сидел. Его стул находился на возвышении из нескольких достаточно крутых ступеней и имел высокую, почти что готически-стрельчатую спинку, на которую Главнокомандующий откинулся, смотря прямо перед собой. По обе его руки, вдоль двух стен прямоугольной залы, стояли сорок восемь балрогов. Их первоформа выглядела, как зловеще, так и вполне нормально на фоне окружающей реальности. И лишь эльфийский облик Готмога, проигрывающий первоначальной форме размерами вдвое, а то и втрое, смотрелся бы несколько комично, если бы все присутствующие, да и отсутствующие в помещении, обитатели Севера не знали, кто этот майа, с его копной красных волос и черными рогами, торчащими вверх из кудлатой головы.
Когда гомон стал нарушать поток мыслей даже привыкшего к звучанию балрогов Готен-Бау, он поднял руку вверх и громко произнес:
- Подарите мне толику тишины, братья. Эта церемония еще не успела начаться, а уже заставляет меня желать ее скорейшего окончания.
Балроги устремили свои горящие в прямом смысле этого слова глаза на Готмога и действительно стало несколько тише. Чтобы забить гвоздь в сердцевину и пришпилить тишину к этой зале, Главнокомандующий добавил. Четко и спокойно:
- Традицию нельзя унаследовать – ее надо завоевать. Он ее завоевал.
Слова подействовали, шум теперь создавало только огненное нутро каждого отдельного балрога, но пожар этот теперь горел равномерно и говорил только о том, что обладатель его в груди - жив, как мерный стук сердца говорит о том же, когда дело касается эльфа. Ропот прекратился. Все ждали Болдога.

Отредактировано Готен-Бау (2014-07-17 17:23:39)

+1

3

Он редко бывал здесь, потому поглядывал по сторонам больше обычного, хотя дорога была ему прекрасно известна. Духу Севера просто нечего было здесь делать – в обители огня, жары и пламени, где во всём буйствовала и присутствовала стихия ему прямо противоположная, причём не только принятая им после ухода к Морготу, но и изначальная. Однако жизнь даёт нам на руки совсем не те карты, которые мы предполагаем и нелогичное, на первый взгляд, становиться ожидаемым следующим шагом. Не сказать, чтобы Кшагрог вскипал от сухого как старый пергамент горячего воздуха, его фана было не восприимчивее прочих, а внутренний холод, возможно, делал его даже чуть более устойчивым. Неприятность безусловно была, но совсем иного толка – его тревожила сама музыка, которая пробиралась под кожу и точно наэлектролизовала её. Незримая десантирующая дрожь на поверхности тела, напоминающая тёплое касание была ощутима лишь им самим как колючая рубаха. Но он мужчина, он мог и потерпеть подобные глупости, выводящие из себя слабых.
Треск, поднятый возмущёнными барлогами, щедро вылился и в коридор. Уловив его Балдог решил, что в зале попросту горит огромный камин или что-то в этом роде и лишь спустя какое-то время понял, что это голоса. Демоны Пламени были недовольны, возмущены, в кой-то мере задеты… воистину, неужели среди них, приближённых и более сведущих не нашлось достойного!? Кто-то бы улыбнулся, сочтя эти голоса за овации, и вошёл в зал, вскинув голову, размашисто шагая гордый собой. Это был бы его звёздный час. Эта позиция которую Духи Пламени, вероятно одобрили бы, пусть и не показали этого в начале. Ведь она пылала высокомерием, светилась гордостью, буйствовала в напоре и отдавала силой. С таким бы они сошлись быстрее и проще чем предполагали. Но в Демоне Севера не было ни язычка этого пламени, даже в самых глубинах души. Другой бы услышав ропот оробел, ведь они те, с кем ему предстоит ещё столкнуться, но Болдог не боялся слов и трудностей как горная вершина не робела перед буйством холодных ветров. Третий решил бы «ну и пусть», закрыл глаза и остался спокоен, подобно текущей воде обходящей камень. Четвёртый и вовсе намотал бы всё на ус и нашёл способ обойти услышанные колкости, проскользнуть как ветер в щель. Но ни один из этих путей не был избран Рингаром, он больше не был полноводным быстрым и чистым потоком, он был колючим сырым холодом. Он им не нравиться, - это не неожиданность, а задача, которую можно решить, и он решит ее, когда придёт время. Пусть и не сразу, не молниеносно со штурмом, воем и напором, но решит и решит вовремя. Новая кровь, как и новая идея, всегда вызывала возмущение. Барлоги сами помогут ему решить эту задачу, в своём недовольстве они бросят ему вызов, испытают его, со временем…
Дверь близилась, а ропот тем временем затихал. Слышался и голос Готмога, но слова орк не разобрал. Стоило лишь переступить высокий порог, как его мелодия загудела, молчаливо предупреждая о превосходящей силе противоположной стихии. Мутные желтоватые глаза чуть сощурились от слепящего света. Он не замедлил шага, не ускорил его, не чеканил, просто шёл как всегда, и не столь важно, сколько недовольных глаз его приветствует, сколько всматриваются, сколько сверлят спину. И пусть северная песнь поёт тревожные дифирамбы, он знал что ему ничего не угрожает и этого было достаточно.
В образе эльфа восседающего на троне лично для него не нашлось ничего комичного. Скорее нечто настораживающее и обманчиво хрупкое. Не могло быть слабым существо по приказу которого столько Пламенных вытягиваются в струнку как хорошо выдрессированные псы. Оно скорее напомнит сюсюкающегося с кутятами жестокого маньяка.
Остановившись у высокого трона майа холода, приклонил колено и опустил голову в знак приветствия, в знак уважения и покорности. Именно здесь, вблизи Готмога возмущение достигло своего пика. Его фана точно было окружено буйным пламенем, не жгущим, но почти осязаемым.

+1

4

Готен-Бау заслышал приближающиеся шаги еще на середине коридора, что вел к массивным дверям залы, а так как, кроме майа Холода, ничьего прихода не ожидалось, сомнения сухими струпьями слетели с сознания балрога и когда Рингар вошел внутрь, все взгляды синхронно обратились к нему. Балроги смотрели на пришедшего и видели перед собой обычного орка, что отличался от стандарта только тем, что был крупнее да глаза на более менее смазливом лице отличались умом и сообразительностью. Птицей-говоруном вошедший точно не был, так как не произнес ни единого слова - его шаги гулко отдавались в воздухе помещения, но губы были плотно сжаты буквально в нитку. Духи Огня в своем первородном обличье вновь зашумели, новая волна гула и гомона: кто-то щурился, кто-то, видимо, сжимал кулаки, а кто-то кого-то толкал в плечо - все внимание, пусть оно и было заинтересованно-враждебным, на данный момент приплавилось к спине орка - все ждали его действий, ему никто не доверял, для них он здесь был - чужой. Как несвойственный механизму элемент да к тому же в неподходящем месте. Останавливало балрогов от того, чтобы просто вышвырнуть Болдога вон только молчаливое спокойствие Готмога и ревнивый интерес - почему же все таки он удостоился такой чести - стать правой рукой Третьего и что в этом майа, носившего образ простого орка, особенного, раз именно он, а не один из балрогов, сегодня примет посвящение. Музыка, сливаясь воедино, вновь начала образовывать какофонию вокруг, но тут Готен-Бау все же перевел свой взгляд на подходящего майа, а последующий его жест вызвал практически полную тишину - Пламенные превратились в единое внимание к двум, таким маленьким и хрупким по сравнению с ними, фигурам.
Подойдя к стулу почти вплотную, насколько это позволяли ступени, Кшагрог опустился на одно колено и опустил голову, снова не произнеся ни слова - орнаментом к этому жесту стало лишь пламя в факелах, что тенями извивались на стенах да кипящие лавой жерла нескольких десятков пар глаз балрогов. Готмог диагонально перевел вектор взгляда на склоненную голову и заговорил:
- Приветствую тебя в стенах этой залы, майа Льда. Надеюсь, наш обоюдный жар не помешает тебе связно мыслить в обстановке тепла и сухости. - Готен-Бау слегка улыбнулся, - Можешь встать, Рингар. Думаю, что ты прекрасно знаешь, зачем я пригласил тебя сюда, но я все же еще раз объясню. Для закрепления, так сказать. - глаза Первого среди равных, не отрываясь, смотрели на будущего заместителя. Они скользили по его чертам, цеплялись за острые скулы и огибали овал лица - изучали и всматривались. - Это церемония твоего...посвящения. Так как до тебя должность сию принимали на свои плечи только и исключительно майа Глубинного Пламени, то нынешний раз, безусловно, имеет большое значение. Смею надеяться, что заслужив данный пост, ты и в дальнейшем окажешься его более, чем достоин - я не могу позволить тебе своим существованием указывать мне на...ошибку. - скользящий взгляд Готен-Бау резко сменил траекторию и углубился во взгляд майа Холода, так и зацепившись своим зрачком за его. - Прежде чем я ознакомлю тебя с нашим кодексом, ведь принимая тебя на эту должность, я, отдавая дань традиции, практически посвящу тебя в наши ряды, и прежде, чем ты произнесешь клятву, хочу дать тебе слово.
Готен-Бау поднялся со стула и начал спускаться по ступенькам, огибая стоящего Кшагрога по касательной и направляясь в сторону стоящих балрогов. Подойдя к ним, Готмог вновь обернулся к орку и добавил:
- У тебя есть возможность сказать нам то, что ты, возможно, хотел или хочешь сказать. У тебя _есть_ возможность словом стать с нами единым элементом. Мы хотим послушать тебя и мы тебя слушаем.
И теперь уже глаза всех находящихся в огромной зале балрогов обратились к лицу Рингара и они ждали Слова.

Отредактировано Готен-Бау (2014-07-18 18:50:30)

+1

5

Воистину жаром был пропитан не только воздух, притом каким жаром! Барлоги вновь загудели точно лесной пожар и казалось, мечтали спалить его заживо до состояния колючего серого пепла. Притом это касалось не только фана. Но майа продолжал спокойненько себе идти. Его плащом-спокойствием, в котором крылся поистине северный пофигизм, была их же верность, любовь и преданность главбарлогу. Без его слова они ничего не посмеют выкинуть и всё-таки на душе у Болдога было не совсем спокойно и это от части касалось Огненных.
В тонкости церемонии Кшагрог посвящён не был, откуда!? Потому и предпочёл молчать, пока говорить не позволили. Мало ли. Всё же оскорбление традиции, пусть и по незнанию, оставляло неприятный след, а от традиции он и так отошёл на порядок. И кто знает… может быть отойдёт ещё сильнее…
Повинуясь приказу, орк поднялся и выпрямился, лицо его оставалось спокойным, но в нём читалась сосредоточенность и внимательность, с которой орки слушают крайне редко. В глазах читалось всё то же самое, хотя от внимательного взгляда Готен-Бау и бросало в жар. Но, как он полагал, это было нормальное явление. Затем поднялся и Пламенный Дух величественно прошествовавший мимо. Рингар проводил его взглядом, обернулся.
Теперь ему было дозволено говорить.
Конечно, умом он уже понимал, что от него ждут пламени в речи, ждут напор – вернейший шанс пробудить в барлогах толику интереса к себе. Но одной речи для их завоевания будет мало, недовольно будет даже тысячи слов. К тому же Рогфородрэн не видел смысла претворяться – это было слабостью. А слабых едят в первую очередь. И всё же столь сокровенная и личная для Духов Глубинного Пламени традиция требовала уважения и почтения, а значит обычный орочий лексикон тут не подходил.
- Готмог, ты оказал мне великую честь, избрав меня на эту должность, и я буду рад служить тебе и делу твоих Пламенных Воинов, - Болдог вновь склонил голову, но уже не только перед ним, а перед всеми. Хотя и не столь низко. – Но боюсь я не найду тех слов, что объединят Лёд и Пламя, а если и найду – то это будет уже не холод и не зной. Я слышал ваши голоса Пламенные, я чувствую ваше недовольство, и оно всецело оправдано – я не стану одним из вас ни сегодня, ни завтра, никогда. Я не стану созидать союз который невозможен по своему замыслу. Я не претендую на ваше пламя и не угрожаю ему. Я здесь – чтобы работать, чтобы служить нашему общему благу. Служить по своему, идти своими путями. Нас объединяет лишь одно – столь разен не был бы наш путь, наша цель едина – победа. И пусть наши различия станут двумя сторонами меча. Этого то – чего я желаю.
Болдог замолк. Его Слово не было пламенно, но было искренне. Быть может, и нашлись бы ещё слова, которые сделали б речь более витиеватой, диной и изящной, но орк не стал их искать. Ни к чему было это пустословие перед ними.

0


Вы здесь » Quenta Noldolante » Прошлое » Традицию нельзя унаследовать – ее надо завоевать.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC